С РОЖДЕСТВОМ ХРИСТОВЫМ!

[Александр Васильевич]

(Окончание)

Ситуация эортологического синкретизма сохранялась до тех пор, пока император Юстиниан не написал около 560/561 года послание «О праздниках: Благовещении и Рождестве, Сретении и Крещении», адресованное Иерусалиму, то есть Иерусалимской Церкви при патриархе Евстохии (552–563/564), сетуя на то, что там нарушаются даты праздников Благовещения (25 марта) и Сретения (2 февраля). Сославшись на Евангелие от Луки (Лк 1: 26–56), Юстиниан привел также ряд авторитетных мнений отцов: святителей Григория Богослова, Григория Нисского и Иоанна Златоуста, а также текст под именем блаженного Августина Иппонского, пытаясь убедить своих адресатов принять отдельный праздник Рождества.

Эти рекомендации, однако, были исполнены уже после смерти Юстиниана. По предположению литургистов, обособленное празднование Рождества 25 декабря введено в Иерусалиме после 567/568 года.

Праздник в православном богослужении


_{Рождество Христово. Фреска монастыря св. Павла, Афон. XV в.}

День Рождества Христова издревле причислен Церковью к великим двунадесятым праздникам – Господским и непереходящим.

Праздник Рождества Христова имеет пять дней предпразднства (20–24 декабря) и шесть дней попразднства, отдание бывает 31 декабря.

Свидетельством древнего соединения праздников Рождества Христова и Богоявления доныне в Православной Церкви служит совершенное сходство в отправлении этих праздников. Тому и другому предшествует сочельник, когда нужно поститься «до звезды». Чин богослужения в навечериях обоих праздников и в самые праздники также совершенно одинаков[5].

Нужно сделать краткие комментарии по поводу рождественского поста. Он ведет свое начало от древнехристианского обычая поститься накануне великих праздников, чтобы в сам праздник причаститься святых таин. Но благочестивое стремление к подвигу поста не ограничивалось одним днем. Из творений святителя Иоанна Златоуста понятно, что в его время Рождественский пост начинался 20 декабря и, таким образом, уже был пятидневным. Некоторые же христиане увеличивали пощение до недели и даже до 21 дня. А затем стали поститься, как и в Великий пост, в течение 40 дней, то есть с 14 ноября. Такой срок встречается уже в Ипотипосисе преподобного Феодора Студита[6]. Хронологическая нестабильность рождественского поста была преодолена патриархом Лукой Хризовергом (1156–1169), когда было установлено, чтобы все христиане постились перед праздником Рождества Христова 40 дней.

Святоотеческая экзегеза праздника

Согласно с Божественным свидетельством Евангелия, отцы Церкви в своих гомилиях изображают праздник Рождества Христова величайшим, всемирным и радостнейшим, который служит началом и основанием для прочих праздников. Об этом говорят преподобный Ефрем Сирин, святители Василий Великий, Григорий Богослов, Григорий Нисский, Амвросий Медиоланский, Иоанн Златоуст и проч.

Святитель Амвросий Медиоланский подчеркивает: «Чем кто более любит Христа, тем тот усерднее заповеди Его хранити долженствует; да видит Он, что мы истинно в Него веруем, когда так в день Рождества Его блещем; когда тщимся предстать Ему, искушенные верою, убранные милосердием, украшенные благонравием. И да будет Ему тем большая радость, чем приметит нас целомудреннее. И потому за несколько дней прежде очистим сердца наши, уцеломудрим совесть, украсим душу свою; и так очистившись от всякой скверны, встретим пришествие Непорочного Господа – да Коего Рождение от Непорочной Девы происходит, Того Рождество и непорочными рабами праздновано будет. Ибо кто в сей день осквернен и нечист бывает, тот Рождество Христово и пришествие Его праздновать не может. Пусть он телом и будет присутствовать на сем торжестве, но духом далеко он отстоит от Спасителя мира: и никакого общения имети не могут – нечистый со святым, сребролюбец с милостивым, прелюбодей с девственником, разве что недостойный, вступая в сие сообщество, большее себе осуждение предуготовляет, когда сам себя не знает… Итак, братия, встречая день Рождества Христова, очистим себя от всех беззаконий; наполненные сокро­вищницы свои различными дарами отверзем ныне, дабы в сей святой день странные получить могли из них нужное для себя; да напитаются вдовицы; да оденутся нищие»[7].

Иконография праздника


_{Рождество Христово. Фреска}

Иконография Рождества Христова складывалась постепенно, как и богослужение праздника, однако основные ее черты наметились уже в раннехристианский период.

Самые древние из сохранившихся изображений Рождества Христова относятся к IV веку. В катакомбах святого Севастиана в Риме спеленатый Младенец представлен лежащим на одре, рядом – Богоматерь с распущенными волосами в античном одеянии.

Отличительными особенностями образов Рождества Христова на раннехристианских саркофагах являются изображение сцены не в пещере, а под своеобразным навесом, Богоматерь при этом не возлежит на одре, как в более поздних памятниках, а сидит рядом с Младенцем. У яслей Спасителя присутствуют животные – вол и осел – как исполнение пророчества Исаии: «Вол знает владетеля своего и осел – ясли господина своего, а Израиль не знает Меня, народ Мой не разумеет» (Ис. 1: 3).

Примечательно изображение Рождества на троне Максимиана, который был архиепископом Равенны в середине VI века. Трон украшен большим количеством резных пластин из слоновой кости. На одной из них Младенец лежит на сложенном из каменных блоков одре, рядом с ним – вол, осел и Иосиф Обручник, вверху Вифлеемская звезда. Перед одром возлежит Богоматерь, к Которой обращается женщина, показывая свою правую руку. Сюжет восходит к главе 20 протоевангелия Иакова, в которой повествуется о Саломее, усомнившейся в чистоте Богоматери. После этого рука, которой она дотронулась до Пресвятой Девы, усохла. Исцеление Саломея получила от прикосновения к Спасителю.

На одной из ампул Монцы (VI–VII вв.), служивших паломникам для переноса святой воды или елея, композиция Рождества Христова представлена в центре – среди других праздников. В этом памятнике отразились важные особенности византийской иконографии по сравнению с раннехристианской: навес больше не изображается, на заднем плане виден выход из пещеры, звезда располагается в центре вверху. Иосиф сидит у яслей в задумчивой позе, Богоматерь лежит. Отныне Она всегда будет изображаться с нимбом.

В целом иконография Рождества Христова сложилась к VII столетию[9]. После периода иконоборчества сюжет будет часто изображаться в иконописи, миниатюре и декоративно-прикладном искусстве на основе общей схемы. Постоянными элементами композиции становятся пещера и Вифлеемская звезда, приведшая волхвов ко Христу. Возможно, именно поэтому на некоторых поздних русских иконах и фресках (например, на фреске 1680 года из церкви Илии Пророка в Ярославле) сцену Рождества венчает фигура летящего ангела со звездой в руках.

Основная композиция Рождества (изображение спеленатого Младенца в яслях в пещере, животных у яслей, возлежащей Богоматери и сидящего Иосифа) в различных памятниках будет – особенно в VIII–IX веках – дополняться изображением ангелов, славословящих Господа, сценой Благовещения пастухам, сценами путешествия и поклонения волхвов и омовения Младенца.

Если об ангелах, пастухах и волхвах рассказывается в Евангелии (см.: Мф. 2: 1–12; Лк. 2: 6–20), то письменный источник, на который ориентировались художники, создавая сцену омовения Младенца Христа, не установлен. Доподлинно известно лишь то, что впервые эта ставшая впоследствии постоянной деталь иконографии Рождества встречается в христианском искусстве западного мира и присутствует в оратории папы Иоанна VII в Риме (рубеж VII–VIII вв.).

Чрезвычайно редко в иконах Рождества Христова фиксируется изображение пророка Исаии, предрекшего рождение Спасителя от Девы. Много вопросов вызывает и фигура старца в шкурах, беседующего с Иосифом (а иногда и с самой Богоматерью)[10].

На Руси образы Рождества были чрезвычайно популярны. Конечно, русские иконописцы следовали византийской иконографической схеме, но дополняли ее различными подробностями и деталями. Рождественский цикл уже в XI–XII столетиях почти всегда представал в расширенном варианте, в который включалось, к примеру, не только поклонение волхвов, но и их путешествие со звездой. См., например, монументальную живопись собора Антониева монастыря в Новгороде.

В связи с обзором монументальных ансамблей следует отметить, что в византийской и русской живописи рассматриваемому сюжету уделялось особое место. Чаще всего Рождество Христово изображалось в паре с Успением Богоматери: сюжеты находились друг напротив друга, например на южной и северной стенах. Это символическое противопоставление рождения во плоти и нового рождения после смерти для жизни на небесах подчеркивалось схожими иконографическими мотивами. В Рождестве Спаситель в пеленах лежит в яслях, а в Успении Христос держит в руках душу Богоматери, представленную в виде спеленатого младенца. Подобно тому, как Господь вверил Себя Пресвятой Деве в Рождестве, Богоматерь вверила свою душу Христу во Успении. Наглядное сопоставление в храмовом пространстве этих сюжетов знаменательно потому, что они иллюстрируют начало и завершение истории спасения – от Боговоплощения до вознесения нетленной плоти Пречистой Матери.

Особую популярность на Руси получили иконы с изображением Собора Богоматери. Этот праздник отмечается на следующий день после Рождества Христова и по смыслу и характеру богослужения тесно с ним связан. 26 декабря (по новому стилю – 8 января) христиане чествуют Пресвятую Деву как Матерь Сына Божия, послужившую тайне Боговоплощения.

Георгий Битбунов

____________________________

[1] О символике Вифлеемской звезды см., например: Скабалланович М.Н. Рождество Христово. Киев, 1916. С. 8–15.

[2] См. также: Скабалланович М.Н. Толковый Типикон. М., 2004. С. 269.

[3] Скабалланович М.Н. Рождество Христово. С. 179.

[4] Дионисий (Шленов), игумен. Празднование Рождества и Крещения согласно древним свидетельствам и памятникам полемической письменности середины XI века // http://www.bogoslov.ru/text/373000.html

[5] См. подробнее, например: Константинов К., протоиерей. Праздник Рождества Христова (богословское содержание службы праздника) // Последование часов, певаемых на навечерии Рождества Христова, и служба на Рождество Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. М., 2008. С. 160–177; Матфей (Мормыль), архимандрит. Эортология и богословие Рождества Христова // http://www.portal-slovo.ru/theology/40261.php

[6] Успенский Н.Д. История и значение праздника Рождества Христова в древней Церкви // Успенский Н.Д. Православная литургия: историко-литургические исследования: в 3 т. М., 2007. Т. 3. С. 238.

[7] Вениамин (Федченков), митрополит. Размышления о двунадесятых праздниках. От Рождества Богородицы до Сретения Господня. М., 2008. С. 248–249.

[8] Кунцлер М. Литургия Церкви. Кн. 3. М., Россия, 2001. С. 180.

[9] Липатова С.Н. Иконография Рождества Христова в искусстве Византии и Древней Руси // http://www.pravoslavie.ru/jurnal/412.htm.

[10] Разные объяснения этого сюжета см.: Липатова С.Н. Иконография Рождества Христова в искусстве Византии и Древней Руси.

_____________________________

http://www.pravoslavie.ru/put/33424.htm

[Александр Васильевич]

Толкование Евангелия на каждый день года.
Царские часы навечерия Рождества Христова



На 1-м часе

Мф, 2 зач., 1, 18—25

Рождество Иисуса Христа было так: по обручении Матери Его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святаго. Иосиф же муж Ее, будучи праведен и не желая огласить Ее, хотел тайно отпустить Ее. Но когда он помыслил это, — се, Ангел Господень явился ему во сне и сказал: Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святаго; родит же Сына, и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их. А все сие произошло, да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог. Встав от сна, Иосиф поступил, как повелел ему Ангел Господень, и принял жену свою, и не знал Ее. [Как] наконец Она родила Сына Своего первенца, и он нарек Ему имя: Иисус.

Наш Господь родился сегодня, возрадуемся и возвеселимся! Никому не разрешается быть сегодня печальным, какое бы горе, какие бы утраты мы ни пережили, потому что для каждого человека сегодня — праздник жизни. Нет больше страха смерти, потому что в любви, которую нам открывает Христос, нет страха, и всем дарит Он радость жизни вечной.

Никто да не пребудет вне этой радости, потому что причина радости — общая для всех. Наш Господь, родившийся для того, чтобы разрушить грех и смерть, не найдя никого, кто бы достиг Его на небе, пришел, чтобы достичь всех на земле. Пусть все святые сегодня ликуют, потому что это день их торжества. Пусть грешники возрадуются, ибо они приглашаются получить прощение. Пусть незнающие Бога отринут отчаяние, ибо и они призваны к жизни. Пусть Ангелы скачут от радости радостнее, чем Богоотец Давид при сенном ковчеге, и поют: «Слава в вышних Богу!», и возвещают мир на земле людям, которых любит Бог.

Святой Ириней Лионский говорит: «Слава Божия — это человек живой; жизнь человеческая — это видение Божие». С тех пор, как Сын Божий стал тем, что мы есть, чтобы мы стали тем, что Он есть, стало невозможно отделить наше изумление пред тайной Бога от нашего изумления пред тайной человека. Всякая подлинная молитва, обращенная к Богу, соединяет нас с людьми всей земли и даже всех времен. И всякое подлинное служение человеку поднимается к Богу как самая драгоценная хвала, благоухание духовное.

Рождество Христово — абсолютно непостижимая тайна, свободный дар благодати Божией. Никакие, самые великие и самые благородные человеческие усилия не могут заставить Бога сойти с небес. Мы можем только принять Его как благодать, предлагаемую Им. В Божией Матери это принятие было не только сердцем, но запечатлено всем Ее существом. Вот почему Она Дева душой и телом. Она так предает Себя Богу, что в Ней, через Нее совершается абсолютно свободный дар Превечного Бога роду человеческому — «Сын и дадеся нам», Господь во плоти нашей. Оттого что Он не от мира сего, а от вышних (Ин. 8, 23), — Она Приснодева.

Тайне Рождества Христова должно приносить поклонение, а не исследование. Если мы не знаем путей ветра, ни того, как образуются кости во чреве материнском (Еккл. 11, 5), тем менее можем мы знать, как Святейший Господь был соткан во чреве Святейшей Своей Матери. Рождество Христово было от Духа Святого и Марии Девы, как исповедуем мы в Символе веры. Оно было возвещено Ангелом и проповедано Писаниями. Евангелие от Матфея приводит пророчество Исаии: «Се, Дева во чреве приимет и родит Сына». Учение о девственном рождении Спасителя — Богооткровенная истина. Дух Святой, сотворивший мир, теперь творит Спасителя мира. Творец мира, веявший над водами и утверждавший жизнь на заре утра творения, Тот, Кто действовал в творении первого человека, совершает чудо всех веков, которое называется Воплощением. Бог, сотворивший человека из ничего, создавший жену из мужа без участия жены и мужа, сейчас творит Иисуса из Назарета без участия мужа. Святость этих слов постигается только действием в нас Святого Духа, совершившего тайну Воплощения.

Ангел Господень, явившись Иосифу, повелевает назвать Младенца именем Иисус — Спаситель. «Он спасет людей Своих от грехов их» — от вины греха даром Своей Крестной смерти и от владычества греха даром благодати Пятидесятницы. Спасая от греха, Он спасает нас от смерти. Имя Еммануил — «с нами Бог» — уверение, что Он всегда участвует в нашей жизни. И также напоминание о пасхальной тайне Евангелия от Иоанна, когда мы узнаём, что «Слово было у Бога» — в Божественном Троичном Единстве с Отцом и Святым Духом — от вечности. Он оставил славу, которую имел прежде основания мира, чтобы быть с нами.

Что мы принесем родившемуся в Вифлееме Богомладенцу, чтобы быть с Ним? Обыкновенно мы говорим о хвале вместе с Ангелами пастухов и о дарах волхвов. Но из сегодняшнего Евангелия, повествующего о Рождестве Христовом, падает луч на праведного Иосифа. Он — Божий избранник и избранник Божией Матери, как хранитель Ее девства. Подобало, чтобы рождение Пречистой Спасителя было защищено браком и оправдано в глазах слепотствующего мира. Ни одна дщерь Евы не была так возвеличена Богом, как Пресвятая Дева, и, тем не менее, Ей угрожала опасность быть обвиненной в худшем из преступлений. Об Иосифе сказано, что он был праведен. Но разве его мысли не идут дальше праведности? Его праведность неотделима от милосердия, как истина — от любви. Подлинная праведность — не законническое самоутверждение, желающее быть правым любой ценой, невзирая на то, кто при этом пострадает. Его глубокое желание, чтобы добро и правда, любовь и истина вместе победили. И мы видим послушание Иосифа Ангелу — безусловное и немедленное. Его вера — совершенное доверие, совершенное послушание, совершенная решимость делать все, что ни скажет Бог. В этом подлинность веры — в верности воле Божией. Все, что он делает, — ради того, чтобы уберечь от возможности соблазна и указывания перстом. И он твердо этому противостоит, уповая больше на Бога, чем на людей, являя подлинную самоотдачу в обстоятельствах, когда большинство из нас, наверное, предпочли бы уклониться от ответственности.

Праведный Иосиф завершает родословную Спасителя, потому что он жил верой и упованием, что «все возможно Богу». И нам есть чему поучиться у него. Если требования Евангелия могут показаться кому-то из нас слишком высокими, мы можем начать, по крайней мере, отсюда — из Ветхого Завета, с этим человеком, который показал такое мужество и верность Богу, прежде чем увидел Воскресение Христово, прежде чем вступил в Новый Завет. Он идет дальше ограниченности Закона и позволяет Христу, Исполнению Закона и пророков, придти к нам. Веруем во единого Господа Иисуса Христа, воплотившегося от Духа Свята и Марии Девы, благодаря Ее совершенной вере. Но разве мы по дару Христа не стали новым творением в новом рождении — крещении и миропомазании — от Духа Святого и ответной нашей веры? Разве мы не знаем, что начало нашего нового бытия во Христе — сила Духа Святого и предстательство за нас Божией Матери?

«Не бойся», — говорит Ангел праведному Иосифу. «Не бойтесь, я возвещаю вам великую радость, — говорит через Ангела всем людям Бог, — ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь». До сих пор вы были печальными, потому что умирали. А теперь — радуйтесь, ибо жизнь явилась, чтобы вы жили в вечной радости с Богом. «Отроча родися нам», Он — нам принадлежит, Он дан каждому из нас. Все святые потому и стали святыми, что приняли этот дар. Но не исключительным только избранникам Божиим, а всем предлагает Себя Бог. Он принимает нас такими, какие мы есть. Надо только, чтобы мы приняли Его. Надо чтобы мы увидели Его, узнали Его, уверовали в Него и возлюбили Его. Бог водворился среди нас. Сын Божий стал человеком, чтобы мы стали сынами Божиими в Нем.



На 3-м часе

Лк, 5 зач., 2, 1—20

В те дни вышло от кесаря Августа повеление сделать перепись по всей земле. Эта перепись была первая в правление Квириния Сириею. И пошли все записываться, каждый в свой город. Пошел также и Иосиф из Галилеи, из города Назарета, в Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем, потому что он был из дома и рода Давидова, записаться с Мариею, обрученною ему женою, Которая была беременна. Когда же они были там, наступило время родить Ей; и родила Сына Своего Первенца, и спеленала Его, и положила Его в ясли, потому что не было им места в гостинице. В той стране были на поле пастухи, которые содержали ночную стражу у стада своего. Вдруг предстал им Ангел Господень, и слава Господня осияла их; и убоялись страхом великим. И сказал им Ангел: не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь; и вот вам знак: вы найдете Младенца в пеленах, лежащего в яслях. И внезапно явилось с Ангелом многочисленное воинство небесное, славящее Бога и взывающее: слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение! Когда Ангелы отошли от них на небо, пастухи сказали друг другу: пойдем в Вифлеем и посмотрим, что там случилось, о чем возвестил нам Господь. И, поспешив, пришли и нашли Марию и Иосифа, и Младенца, лежащего в яслях. Увидев же, рассказали о том, что было возвещено им о Младенце Сем. И все слышавшие дивились тому, что рассказывали им пастухи. А Мария сохраняла все слова сии, слагая в сердце Своем. И возвратились пастухи, славя и хваля Бога за все то, что слышали и видели, как им сказано было.

Исполнилась полнота времен, когда Бог послал Сына Своего Единородного в мир. Христос родился в дни кесаря Августа, когда Римская империя простиралась от Парфии до Британии и гордо именовалась империей всей земли. Тогда «вышло от кесаря Августа повеление сделать перепись по всей земле». Значит, и в Иудее, которая была захвачена римлянами за шестьдесят лет до этого, а теперь управлялась Квиринием, римским правителем Сирии. Этой переписью Август намеревался утвердить свое могущество, но Промысл Божий направляет все к Своей цели.

Христос родился в Вифлееме, что означает дом хлеба. Так угодно было Богу избрать это место для Того, Кто есть Хлеб жизни и Хлеб, сошедший с Небес. «Когда же они были там, наступило время родить Ей; и родила Сына своего Первенца, и спеленала Его, и положила Его в ясли, потому что не было им места в гостинице». То, что Господу не нашлось места в гостинице, — глубоко символично. Единственное место, которое было для Него на земле, был Крест.

Поразительно, что первыми свидетелями явления Бога на земле были пастухи и Ангелы. Самые простые люди, которые пасли стада овец, предназначенных, может быть, для приношения в жертву в храме. И они первыми сподобились увидеть Агнца Божия, вземлющего грех мира. Ангел Господень сказал им: «Не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь». Исполнилось пророчество: «Яко Отроча родися нам, Сын, — и дадеся нам» (Ис. 9, 6). Это поистине радость, великая радость всем людям. И эта радость тотчас же раскрывается: пастухи — в свете с Ангелами, иначе говоря, — на небе. Ибо спасение для человека заключается в том, чтобы жить в присутствии Божием, быть причастным Его жизни и славе. Небо на земле, пастухи на небе. Будничное служение пастухов становится Святое Святых, местом присутствия Божия. Пастухи — граждане небес, в то время как Христос, Сын Божий, — подданный кесаря!

Вслед за благовестием о Рождестве одного Ангела явилось воинство небесное, славящее Бога. Достойно и праведно есть непрестанно приносить вместе с Ангелами хвалу Богу нашему: «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!» Слава Божия сошла на землю, мир, всякий ум превосходящий, дается людям, и на всепревосходящий дар Божественной любви они не могут не ответить своей любовью.

Ангел сказал: «И вот вам знак: вы найдете Младенца в пеленах, лежащего в яслях». Бог восхотел проявить исключительную заботу обо всем, что касается рождения Сына Божия на земле. Как явить знамением очевидным и легко понятным для всех — Кто Он, от начала Сущий, и что Он хочет дать человеку? В течение всей истории Ветхого Завета Он с великим долготерпением шаг за шагом вел иудеев, постепенно проясняя образы Бога воинствующего, которые они слишком часто воспринимали лишь в земном плане, поддаваясь влиянию своих соседей. Чтобы поняли они, наконец, что их Бог не имеет сравнения ни с какими другими богами.

Но последнее слово о Боге, высшее откровение о том, что Он есть для нас, Бог мог произнести только через Своего Сына, живущего среди нас, с той же самой плотью и кровью, что и наши. И прежде всего такого, каким Он родился в эту ночь Рождества, в знамении Младенца, лежащего в яслях. «И вот вам знак: вы найдете Младенца в пеленах, лежащего в яслях».

Если бы не было внезапного света и множества Ангелов, поющих: «Слава в вышних Богу», пастухи никогда бы не осмелились поверить в это. Так далеко было то, что они увидели, от всех их представлений о Боге. Все самое прекрасное и великое они могли вообразить о Нем, все, кроме этого хрупкого, беззащитного, кричащего Существа, Которое Его Мать прижимает к Своей груди. Столь беззащитного, что без материнского молока, необходимого для Него, Бог не мог бы прожить как человек и одного дня. Творец мира, дающий пищу всему живому, умер бы от голода. Его и ищут с самого рождения умертвить. Он и умрет, заушаемый бренною рукою, рукою создавший человека, пригвождаемый на Кресте людьми. Но прежде Ему надлежит пройти весь путь до возраста зрелости, научить всех и показать всем, для чего мы рождаемся и умираем. А пока Он нуждается в ощутимой денно-нощной заботе Матери, в полноте материнской любви, без которой Бог, чье имя — Любовь, не может выжить в Своем младенчестве как человек.

«И все слышавшие дивились тому, что рассказывали им пастухи. А Мария сохраняла все слова сии, слагая в сердце Своем». Вся тайна Господа, открываемая Его Пасхой и Его Крестным служением, — здесь. И Божия Матерь с самого начала причастна ей. От Благовещения до Воскресения, от Его рождения до смерти, все Его человеческое существование и всю Его Божественность — сокровенно слагает Она в сердце Своем.

Святые отцы говорят, что Бог, становясь до такой степени немощным и уязвимым, восхотел взять на Себя риск. Столь предельная немощь и столь поразительная уязвимость явились для Него единственным способом открыть нам нечто существенное о Себе и о любви, которую Он принес нам. Ничто другое не могло бы никогда выразить равным образом то, что остается сокрытым для нас за словами, слишком легко произносимыми. Бог любит нас — до такого уничижения, до такой зависимости от нашего к Нему отношения. Вот почему, явившись так, Бог восхотел быть любимым нами — кто может быть более любимым, чем младенец? И одновременно Он пришел в совершенной открытости и доверчивости к нам.

«Если не будете как дети, не войдете в Царство небесное», — говорит Господь (Мф. 18, 3). Тайна Богомладенца дает нам многое понять о нас самих и о нашем пути. Если Бог восхотел приблизиться к нам с уязвимостью Младенца, мы в свою очередь можем предстоять перед Ним только с детским сердцем и с детским лицом. Перед Богом, но также — перед другими людьми. И это непросто. Мы не хотели бы ни родиться на соломе, ни быть одетыми только в пеленки, ни лежать в яслях. Мы предпочитаем, даже не задумываясь об этом, чтобы внутренний наш человек — дитя, которое мы носим в себе, — не соприкасался в своей замкнутости с другими людьми. Более всего, может быть, мы заботимся о том, чтобы на нем были украшения взрослых.

Но внешняя видимость ничего не меняет в наших отношениях ни с Богом, ни с большинством людей. Мы никому не нужны с нашими фальшивыми богатствами и ложными духовными достижениями. Между Богом и человеком, и между людьми, как в эту Рождественскую ночь, может быть подлинная любовь только там, где беззащитность и нищета, где смиренная забота о нуждах других и совершенная наша открытость и доверчивость в Господе. Как у Младенца Вифлеема и Пречистой Девы Марии. Только те, кто уподобятся Ему, по дару Его, войдут в Царство Божие.



На 6-м часе

Мф, 3 зач., 2, 1—12

Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят: где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему. Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним. И, собрав всех первосвященников и книжников народных, спрашивал у них: где должно родиться Христу? Они же сказали ему: в Вифлееме Иудейском, ибо так написано через пророка: и ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных, ибо из тебя произойдет Вождь, Который упасет народ Мой, Израиля. Тогда Ирод, тайно призвав волхвов, выведал от них время появления звезды и, послав их в Вифлеем, сказал: пойдите, тщательно разведайте о Младенце и, когда найдете, известите меня, чтобы и мне пойти поклониться Ему. Они, выслушав царя, пошли. [И] се, звезда, которую видели они на востоке, шла перед ними, как наконец пришла и остановилась над местом, где был Младенец. Увидев же звезду, они возрадовались радостью весьма великою, и, войдя в дом, увидели Младенца с Мариею, Матерью Его, и, пав, поклонились Ему; и, открыв сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладан и смирну. И, получив во сне откровение не возвращаться к Ироду, иным путем отошли в страну свою.

«Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят: где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему».

(Окончание следует)

[Александр Васильевич]

(Оокнчание)

Что означает это шествие волхвов за таинственной звездой к Богомладенцу и Его Матери с дарами — золотом, ладаном и смирной? Прежде всего, что Христос пришел в мир не ради только нескольких близких Богу людей. Он воплотился не ради одного только избранного Богом народа, но для всех народов всей земли, для всех, кто живет на ней. Самая малая из стран не может быть забыта. Поистине, никто не может быть исключен из любви Господней. Он рождается для всех. Все люди — большие и малые, богатые и нищие, всех мест и всех времен — призваны ко спасению.

Мы не можем точно сказать, из какой страны волхвы прибыли в Иерусалим, — из Персии, как сказано в богослужебном тексте, из Египта или, может быть, из Вавилона или далекой Индии. Есть даже предание, что они вышли из разных восточных стран и, встретившись друг с другом, продолжили вместе путь к Вифлеему. Но в конце концов из какой страны они пришли — второстепенный вопрос. Самое важное — они шли от имени «служащих звездам», чтобы поклониться Солнцу правды, воссиявшему в человеческой истории, «с высоты Востока».

Господь призвал волхвов из тьмы неведения и заблуждения. Они поклонялись звездам, они верили в слепую судьбу. Они были язычниками и не знали истинного Бога. Но так велико было в них желание истинной жизни, что они бодрствовали днем и ночью, ища ответа на самые главные вопросы. И когда явилась эта звезда — все оставили и пошли за ней, чтобы обрести истину. Астрология была символом всех заблуждений человечества, и потому Господу надо было явить истинную Звезду. Святые отцы говорят, что звезда, за которой шли волхвы, не была звездой в буквальном смысле слова, но это была некая духовная сила в виде звезды. Если Господь мог явиться Моисею в виде куста горящего, Аврааму — в виде трех путников, пророку Илии — в виде веяния тихого ветра, почему Господь или Его Ангел не мог явиться волхвам в виде звезды? По Своей неизреченной милости Бог снисходит к людям. Он явился астрологам, которые искали Его среди звезд, как звезда. Он явился апостолу Павлу в силе Своего Воскресения, когда тот гнал Церковь Божию. Так милостив и всесилен наш Господь, что может зло обратить в добро.

Волхвы пришли с Востока, оттуда, где ждут восход солнца. Из страны людей, где ночь — надежда наступающего дня. Они представляют все человечество. И тех в нем, кто стоит на страже малейшего света. Свет, пришедший свыше, вел их. Они осуществили надежду и риск Авраама — отца верующих, который не знал куда идет, но знал за Кем идет. Они совершили путь веры, путь человечества, оставляющего свое неверие и отправляющегося на поиск неизведанного. Они — язычники, и они от рода Авраамова. Они — исполнение первого слова Аврааму, отцу верующих: «Благословятся в тебе все племена земные» (Быт. 12, 3). Они свидетельствуют, что язычники призваны к тому же наследию, к участию в том же обетовании. Вот почему они вызывают такой страх у Ирода и его двора. Они язычники и — верующие в истинного Бога, обличители прочно устоявшейся, безжизненной веры и надежно обосновавшейся самодовольной власти. Ничего не знающие о Писании, они, тем не менее, вопрошают о том, что заставляет первосвященников и книжников вспомнить слова пророка Михея, возвещавшего о Рождестве в Вифлееме. Ирод «спрашивал у них: где должно родиться Христу? Они же сказали ему: в Вифлееме Иудейском, ибо так написано через пророка: и ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных, ибо из тебя произойдет Вождь, Который упасет народ Мой, Израиля».

Мы знаем, что в день рождения Господу не нашлось места среди Своего народа. Не нашлось для Него ни одного дома, кроме пещеры для скота. Никого не было у яслей в ночь Рождества, кроме пастухов. А начальствующий в этом народе, Ирод, замыслил погубить Того, Кто пришел спасти его. Охваченный тревогой, он «выведал от них время появления звезды и, послав их в Вифлеем, сказал: пойдите, тщательно разведайте о Младенце и, когда найдете, известите меня, чтобы и мне пойти поклониться Ему». Этот Младенец может быть опасным соперником его трона, и Его нужно немедленно устранить любыми средствами.

Все человечество разделяется Господом страшным выбором: на тех, кто принимает Его и тех, кто отвергает Его. Верующих и неверующих. Как мы празднуем Рождество Христово? Пытаемся ли сделать еще один шаг навстречу Господу? Узнаём ли Бога в сокровенной глубине нашей жизни каждый день? Это не очевидно. Это нелегко. «Свои Его не прияша». У яслей Вифлеемских уже присутствует очертание Креста, сделанного из того же печального древа — отказа людей веровать в Божественную любовь, и потому отказа от Жизни, от Света.

«Они, выслушав царя, пошли». Волхвы отправляются в путь, завершая последний этап своего долгого следования за звездой. И, к великой их радости, она вновь засияла перед ними. Когда звезда остановилась, они, «войдя в дом, увидели Младенца с Мариею, Матерью Его, и, пав, поклонились Ему». Так Христос, неузнанный, неувиденный и даже отвергнутый Своими, был взыскан, обретен, принят чужими — волхвами, принесшими Ему поклонение. «И, открыв сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладан и смирну».

Они приносят золото — символ самого дорогого, что есть на земле, сокровища их жизни. Они приносят зернышки ладана, которые ждут пламени, чтобы источить благоухание. Пламени любви, дара молитвы, желания встречи с Богом. Они приносят смирну, знамение горечи и надежды. Горечи, претворяющейся в сладкое благоухание. Это приношение любви для рождающейся Церкви, для Пречистой Девы и Матери. Уже теперь они возвещают о смерти и о помазании, о благоухании Христовом, которое будет всегда в Церкви. Святые отцы говорят нам о том, что эти три дара означают тайну Пресвятой Троицы. Они означают и тройное служение рождшегося Богомладенца: царское, священническое и пророческое. Ибо золото — это символ царского господства, ладан — это священство, смирна — это пророческая жертвенность. Сам Господь приносит в них драгоценнейшие дары для нас, которыми мы должны дорожить больше всего на свете: правду, молитву и ту нетленную жизнь, которая даруется через принятие смерти.

«И, получив во сне откровение не возвращаться к Ироду, иным путем отошли в страну свою». Есть нечто важное в том, что волхвы возвратились домой другим путем — не тем, которым они пришли к Вифлеемским яслям. Здесь Дух Святой открывает великую тайну нашего спасения. Ибо наш дом есть рай, который мы потеряли. Мы сбились с дороги, идя к полноте жизни через гордость, через непослушание, через ложное знание о мире невидимом, через вкушение запретного плода. Но теперь все должно стать иным, если мы увидели Господа. Мы должны возвращаться домой другим путем — путем послушания и смирения, путем слез и скорбей, хваля и благословляя нашего Господа.

Жизнь этих волхвов отныне устремляется по другому пути. Святитель Григорий Двоеслов говорит, что взамен даров, которые они принесли Господу — золота, ладана и смирны, они получили несравненно большие дары от Самого Христа. Они исполнились Его правдой, они научились от Него молитве, приобщились Его вечной жизни.

Будем и мы стараться от скудости нашей приносить Господу все, что у нас есть. И самое главное — благую нашу волю, нашу волю к добру, несмотря на все усилия сатаны растлить ее и разрушить дело пришествия в мир Бога нашего. «Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение». И мы узнаем тогда, что дары, которые мы приносим Господу, — ничто по сравнению с теми дарами, которые Он нам дает. Потому что мы приходим к Нему и уносим в своих сердцах Его Самого — Господа и Бога нашего Иисуса Христа.



На 9-м часе

Мф, 4 зач., 2, 13—23

Когда же волхвы отошли, — се, Ангел Господень является во сне Иосифу и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и беги в Египет, и будь там, доколе не скажу тебе, ибо Ирод хочет искать Младенца, чтобы погубить Его. Он встал, взял Младенца и Матерь Его ночью и пошел в Египет, и там был до смерти Ирода, да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит: из Египта воззвал Я Сына Моего. Тогда Ирод, увидев себя осмеянным волхвами, весьма разгневался, и послал избить всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов. Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: глас в Раме слышен, плач и рыдание и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет. По смерти же Ирода, — се, Ангел Господень во сне является Иосифу в Египте и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и иди в землю Израилеву, ибо умерли искавшие души Младенца. Он встал, взял Младенца и Матерь Его и пришел в землю Израилеву. Услышав же, что Архелай царствует в Иудее вместо Ирода, отца своего, убоялся туда идти; но, получив во сне откровение, пошел в пределы Галилейские и, придя, поселился в городе, называемом Назарет, да сбудется реченное через пророков, что Он Назореем наречется.

Иудейский царь Ирод, обманутый волхвами, замышляет убийство Богомладенца. Если ему не удалось осуществить свой преступный замысел после того, как волхвы ушли домой другим путем, — это не значит, что он отказался от своего намерения. Он уверен, что, убив всех младенцев в Вифлееме, он поразит в их числе и родившегося Царя Иудейского.

И Христос в вечер Рождества становится изгнанником. Он разделяет Свою судьбу со всеми людьми, с миллионами наших современников. Сколь многие из них познали, что значит быть изгнанниками из своей земли, когда необходимо вставать среди ночи и спасать свою жизнь бегством! Но бегство Святого Семейства имеет одну особенность. Младенец, Которого хотят спасти, — Сын Божий, и волхвы называют Его «родившимся Царем Иудейским» (Мф. 2, 2). Он вынужден бежать от Ирода Великого, могущественного и жестокого царя. Начинается неравная борьба между Иродом, облеченным полнотой власти, готовым потопить в крови всякое сопротивление, и нищим Семейством, в котором он ищет убить Младенца.

Единственный враг, которого Ирод не может сокрушить, — его собственная смерть, день ото дня все более приближающаяся к нему. Она безжалостно смотрит на него, и однажды отнимет у него навсегда его жизнь — со всей его властью и силой. Из страха перед этим врагом — ничем не устранимой личной смертью — Ирод ищет убить Младенца, Который может претендовать на его царский трон. Отсюда панический ужас, толкающий его на убийство всех младенцев этого возраста в окрестностях Вифлеема.

Нас не может не печалить, что он так легко находит исполнителей неслыханного кровавого преступления. Однако вся история мира свидетельствует, что в них никогда не бывает недостатка. Точно так же Христос будет стоять перед Пилатом, и толпа будет кричать: «Распни, распни Его! Нет у нас царя, кроме кесаря». Историки говорят, что Ироду в это время было около семидесяти лет, так что Младенец, только что родившийся, не мог представлять для него как для царя какой-либо опасности. Это злодеяние было совершено чисто по внушению человеконенавистника диавола, распаляющего его гордостью и жестокостью. Перед нами — предтеча антихриста. Поразительно, что он убивает всех младенцев в возрасте двух лет и ниже. Богомладенцу, по всей видимости, не было тогда и года. Однако Ирод убивает всех детей до двух лет, чтобы не упустить Христа. Он убивает младенцев не только в Вифлееме, но и в его окрестностях, являя безумие зла.

Так исполняется пророчество Писания: «Глас в Раме слышен: плач и рыдание, и вопль великий. Рахиль плачет о детях своих, и не хочет утешиться, ибо их нет». Это пророчество уже исполнилось однажды во времена Иеремии. Мы слышим в Писании его слово о Иерусалиме, ведомом в плен, покидающем землю, где остается гробница Рахили. Для него Рахиль — образ Земли Обетованной, она плачет о детях, которые должны быть там, но их там нет. Точно так же в Вифлееме надежда на будущее исчезает со смертью детей. В Рождество Христово это пророчество раскрылось с новой силой.

«По смерти же Ирода, — се, Ангел Господень во сне является Иосифу в Египте и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и иди в землю Израилеву, ибо умерли искавшие души Младенца. Он встал, взял Младенца и Матерь Его и пришел в землю Израилеву». Уже второй раз мы слышим о явлении Иосифу Ангела. Он вверяет свою Семью деснице Божией, и Бог ведет его. Он приемлет Младенца, Который не от него, а от Бога — не как сокровище, ему принадлежащее, но как служение, доверенное ему Богом. Теперь вся его жизнь сосредоточена на этом служении. Содержание его жизни составляет не то, что лично с ним происходит, но служение этому Младенцу, Который станет Спасителем всех людей. Праведный Иосиф предается водительству Божию, и Бог показывает ему, какой следующий шаг он должен сделать. Он бежит, потом возвращается с Младенцем и Его Матерью и, наконец, поселяется в безвестном селении Назарет.

Это происходит после смерти Ирода, которая наступила очень скоро после убиения невинных младенцев. «Мне отмщение и Аз воздам», — говорит Господь. Как быстро может совершаться Божие отмщение! Из всех грехов невинно пролитая кровь скорее всего переполняет долготерпение Божие. Такой злобы и неистовства был исполнен Ирод, что являлся непрестанным мучением для себя и страхом для окружающих. Господь показывает нам, что представляют из себя гонители Его и Его последователей. Все, кто противостоит Христу и Его Церкви, оказываются извергами. Они — вне рода человеческого. Они будут извержены из числа людей — если не покаются.

И снова слово Божие напоминает нам, как осмотрительно совершает с самого начала Свой путь Спаситель, и научает этому Свою Церковь. Можно было бы думать, что Младенец, родившийся в Вифлееме, туда же и возвратится. Но святой Иосиф Обручник со всяким опасением остерегается неосторожных шагов. «Услышав же, что Архелай царствует в Иудее вместо Ирода, отца своего, убоялся туда идти». Мы видим, как одни враги сменяют других, чтобы сражаться со Христом и Его Церковью. Едва исчезает один, как на его месте появляется другой. Диаволу надо, чтобы вражда против Господа и Церкви Его в мире не ослабевала. Святой Иосиф Обручник не идет с Богомладенцем и Божией Матерью в Иудею, потому что Бог никогда не хочет подвергать Своих чад бессмысленной опасности. Но все делает только ради их испытания в верности и ради вечной их славы. Придет час, когда они, благодаря Бога, пойдут за Своим Господом на крест. Но теперь — время пребывания в Назарете.

Мы слышим сегодня, что нашего Спасителя называют Иисусом из Назарета — то, что для иудеев было соблазном. Ибо «из Назарета может ли быть что доброе?» В Евангелии сказано, что так исполняется реченное пророками, что Он Назореем наречется. Святые отцы говорят, что в этом имени есть некая тайна. Согласно пророку Исаии, оно означает Отрасль, из которой произойдет спасение всем. Он называет Его Великим Назореем. Не то, что Христос будет в строгом смысле назореем, ибо Он будет пить вино и прикасаться к умершим. Но пророк называет Его так за Его исключительную, единственную святость, за всецелое посвящение Себя Богу в деле спасения рода человеческого. И это имя, к которому учителя духовности будут относиться с презрением. Быть назарянином — значит быть человеком, от которого нельзя ожидать ничего хорошего и который не заслуживает никакого уважения. Так велико помрачение и падение человеческое, в том числе среди тех, кто должен бы быть «светом языков».

Но Господь берет на Себя с самого начала весь наш позор, чтобы дать нам Свою славу. Пусть никакие оскорбления не будут для нас непереносимы, если мы сподобляемся получить их ради Христа. Наш Господь называет Себя самым уничижительным именем. Он пришел, чтобы всех спасти, чтобы имя Назорей — «человек из Назарета» было созвучно имени Еммануил — «с нами Бог», Господь наш Иисус Христос.



http://www.pravoslavie.ru/put/3890.htm

[Александр Васильевич]

Протоиерей  Георгий  Городенцев

О Рождестве Христовом



«Дева днесь Пресущественнаго раждает, и земля вертеп

Неприступному приносит; Ангели с пастырьми

славословят, волсви же со звездою путешествуют;

нас бо ради родися Отроча младо, превечный Бог»

 

«И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца», - свидетельствует апостол и евангелист Иоанн Богослов, разъясняя нам образ воплощения и рождения Сына Божия. И действительно, как Бог может стать человеком: родиться от Девы, быть видимым телесными очами, повиваться пеленами, лежать в яслях, ведь все это не свойственно Божественной природе? Но Господь наш Иисус Христос, воплотившись, в одном Лице - Лице Божественном, Втором Лице Пресвятой Троицы, соединил две природы: Божественную, которую, как Сын Божий, имел от вечности, от Своего безначального рождения от Отца, и человеческую, которую принял от Пречистой Своей Матери, «когда пришла полнота времени» (Гал.4,4). Поэтому, если мы, православные христиане говорим, что от Нее родился Бог, то имеем в виду именно Лицо Божественное - Второе Лицо Пресвятой Троицы, Сына Божия, Бога Слово. Если же говорим, что Он родился, как человек, то разумеем, что Сын Божий, став Сыном Девы, родился от Нее не Божеством (не Своей Божественной природой), Которое пребывало бесстрастным, но человечеством - Своей человеческой природой.

Итак, родился Бог (Второе Лицо Пресвятой Троицы, Сын Божий, Бог Слово), но не Божеством (не Своей Божественной природой), а человечеством (Своей человеческой природой). Вот почему заблуждается, хулит Несторий и подобные ему еретики, пустословя, что Бог не может родиться от Жены, и называя Ее поэтому не Богородицей, а «человекородицей» или «христородицей». Мы же, христиане, достойно славим Пречистую Деву Матерь, православно именуя Ее Богородицей, ибо от Нее действительно родился Своим человечеством Бог Слово, Сын Божий, а не просто человек. Вот почему, когда Он, как Младенец по человечеству повивается пеленами, Его, как Бога, славословят Ангелы; по человечеству лежит в яслях - но Ему, как Богу, поклоняются пастыри; как человек питается млеком, но, как Богу, Ему приносят дары волхвы. Да и какая слава быть «человекородицей», ведь все женщины от начала мироздания рождают человеков, поэтому могут быть названы «человекородицами»?! А Бог родился единожды, родился от Девы, и это - величайшее событие во всей истории человечества, отсюда и слава Богородицы!

Но какую человеческую природу воспринял от Нее Господи? В наше время некоторые говорят, что Он воспринял поврежденное грехом наше естество в том смысле, что во Христе, якобы, действовали греховные страсти, с которыми Он, якобы, в течение всей Своей земной жизни боролся, побеждая их. Некоторые ошибочно даже считают, что именно в этом и состояло содеянное Господом Искупление рода человеческого. Православие такого учения не знает. Но что говорит об этом Св.Писание и Св.Предание? А вот что: «И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт.2,7). Это сказано о создании первого Адама. И как он был создан из чистой земли, - говорят святые отцы, - еще не испытавшей последствий грехопадения, в частности, еще не оскверненной кровью убитых людей (ср.Быт.4,10-12), так и Второй Адам, Господь наш Иисус Христос принял плоть от Чистой Земли - Пречистой Своей Девы Матери. Принял плоть, которая не имела в себе никаких греховных страстей. Но как следствие грехопадения всего рода человеческого в ней действовали лишь естественные и беспорочные страсти, кои Господь соблагоизволил принять на Себя для нашего спасения. Что же это за страсти? Согласно учению Православия, «естественные и беспорочные страсти суть не находящиеся в нашей власти, которые вошли в человеческую жизнь вследствие осуждения, происшедшего из-за преступления (первородного греха), как, например, голод, жажда, утомление, труд, слеза, тление, уклонение от смерти, боязнь, предсмертная мука, от которой происходит пот, капли крови; происходящая вследствие немощи естества помощь со стороны Ангелов и подобное, что по природе присуще всем людям. И так, Он воспринял все, для того чтобы все освятить» (Преподобный Иоанн Дамаскин).

В наше время некоторые, спекулируя на слове «страсти» и забывая, что они «естественные и беспорочные», хотят приписать Спасителю, якобы, действие в Его человеческой природе каких-то греховных страстей, например, гнева. Но между последним и, например, голодом та разница, что гнев находится во власти нашей воли, и мы можем дать ему место, а может и не дать (ср.Иак.1,19-20), поэтому неправедный гнев есть грех и страсть, если этот грех укоренится в душе. Что же касается голода, то он возникает в человеке непроизвольно и греховной страстью никоим образом не является. Помышлять же иначе - крайне нелепо. Ибо если голод - это грех, то тогда постоянно голодающий Лазарь окажется «страшным грешником», а объевшийся, всегда сытый и пресыщенный (т.е. явно не испытывающий голода) богач - «величайшим праведником», хотя Евангелие судит их совершенно иначе (Лк.16.19-24).

Вообще же говоря, это современное лжеучение, пытающееся навязать христианам ложное мнение, что во Христе действовали греховные страсти, явно готовит дорогу антихристу. Ведь последний будет заявлять о себе, что он, якобы, христос, и при этом действительно, как учат о нем святые отцы, будет одержим греховными страстями. Поэтому христианам, которые поверят сему лжеучению о якобы наличие в человеческой природе Христа таких, греховных страстей, будет легче антихриста принять.

От чего нас всех, православных христиан да избавит ныне Рождающийся Богомладенец, Господь наш Иисус Христос! Всех поздравляю с Праздником Рождества Христова!

http://www.ruskline.ru/analitika/2012/01/05/o_rozhdestve_hristovom/

[Александр Васильевич]

Как две тысячи лет назад



Две тысячи лет назад, накануне Рождества Христова, как и сегодня, накануне Его Второго Пришествия, мир находился в необычном состоянии. С одной стороны, в мире было напряжённое ожидание пришествия Царя мира. Даже римские историки пишут об этом. Люди ждали Бога, и ожидание Бога было в их сердцах. Они поняли, что «золотой век», истинная жизнь не может быть достигнута без Бога. Христос пришёл в мир, ожидающий Его. И когда Он пришёл, все концы земли собрались у Его яслей и поклонились Ему.



А с другой стороны, в мире было состояние страшного равнодушия. С самого рождения Христос был окружён не только ненавистью и враждой Ирода, но полным человеческим безразличием. Весь Иерусалим спал и весь мир. И это было безразличием не только обычных людей, но и так называемых духовных людей, книжников и архиереев, которые были так погружены в храмовое богослужение, что совершенно не заметили Христа. Так заняты они были богословскими спорами, что не проявили ни малейшего внимания к Младенцу, родившемуся в Вифлееме. Его рождение не имело для них никакого значения.



И сегодня мы наблюдаем не только ненависть и вражду ко Христу, но прежде всего безразличие. Как много людей в мире, занятых только своими делами — Христос ничего не значит для них. Сегодня, перед Вторым Пришествием Христовым, как и тогда, это не только люди, служащие суете и мамоне, но и те, кто служит Богу. Неужели можно так служить Богу, что не заметить приближения Бога в Его Втором Пришествии, а также и того, кто выдаёт себя за Бога и в храмах Божиих сядет на место Бога (2 Фес. 2, 4), как говорит Писание?



Это событие рождения Христова мы переживаем прежде всего в храмах, окружая сиянием света и пением Его вертеп. И этот свет сливается со светом Вифлеемской звезды, и наше пение — с ангельским пением Рождественской ночи. Если только мы не оказываемся слепыми к Его присутствию в мире, который Он так возлюбил.



И ещё одно размышление рождественских дней. В Младенце Христе, и только в Нём одном, открывается нам, каков наш Бог и каков человек. До пришествия Христа у человечества было смутное, а чаще всего ложное понятие о Боге. Люди могли только наугад приближаться к Богу, но один Христос мог сказать: «Видевший Меня видел Отца» (Ин. 14, 9).



Во Христе Иисусе мы видим Бога Живого, Его любовь, сострадание, милосердие и чистоту, как нигде больше в мире. И это всё может быть доступно нам — «Бог Господь и явися нам». До Его прихода мы не знали по-настоящему, что такое человек. Он во всём уподобился человеку, кроме греха. Но без греха Он больше человек, чем мы сами, ибо грех обесчеловечивает, и потому мы видим впервые, что значит подлинное человечество.



Как никогда миру необходимо сегодня понять, что такое Бог и что такое человек. После безпамятства атеизма, среди нынешних безчисленных ложных мистических учений, среди ересей древних и новых, среди попыток подмены Православия внутри Церкви как никогда ощущается в мире потеря Бога. Среди страшного расчеловечивания грехом как никогда осознаётся утрата себя человеком. И сегодня стоит не столько вопрос, существует ли Бог, сколько — существует ли человек? И как никогда все нуждаются в том, чтобы поклониться Богу, ставшему человеком.

Протоиерей Александр ШАРГУНОВ

http://russdom.ru/node/4644