С РОЖДЕСТВОМ ХРИСТОВЫМ!

[Александр Васильевич]

«Тайна Христова Рождества в благовестии нашей нравственной свободы»

Протоиерей Артемий Владимиров напоминает, что праздник Боговоплощения свидетельствуют нам об истинном предназначении человека



Не зря известный русский поэт Федор Иванович Тютчев сказал, что европейским общим аршином Россию измерить невозможно. И наша «особенная стать» в том и состоит, что мы призваны сохранять христианскую веру во всей ее изначальной целостности и чистоте. И всемирный праздник Христова Рождества всего прежде возвещает вселенной о явлении Бога во плоти, свершении великой тайны благочестия, Богоявления.

Значение этого праздника заключается в том, что Господь Бог осуществляет от вечности Ему ведомый план спасения человеческого рода. И в то время как бедная глобализированная Европа отрекается от христианских корней своей истории, навязывая и России ту же болезнь, мы, православные люди, видим, что праздник Христова Рождества есть свидетельство Божьей победы над рознью этого мира.

Праздник Рождества Христова обнаруживает разность духовных потенциалов: с одной стороны - великая тайна благочестия, спасения человеческого рода во Христе, во Вселенской Соборной Апостольской Церкви, а другой - темный, мрачный потенциал - это тайна беззакония, тайна поклонения отступившего от Христа человеческого рода падшему духу, который испокон веков хочет привлечь к себе внимание ослепленного человечества и заставить грешный род наш поклониться ему, падшей гордой твари, как живому Богу, и таким образом, увлечь нас за собою в вечную гибель.

Итак, Христово Рождество есть начало всемирной, уникальной, спасительной религии Христа Богочеловека, который своим искупительным подвигом соединяет все верующее человечество в Свое Тело, в Свою Церковь, делает человеческий род причастным бессмертию, и вводит его (человеческий род) в жизнь Святой Троицы, доставляет ему спасение. На другой стороне - то человечество, которое соединяет свои усилия в поклонении лукавому, процесс этот называется "глобализация", он имеет ярко выраженную антихристианскую сущность - поставляет на место Христа Спасителя идол грешного человека, заявляющего о себе как о боге.


_{Протоиерей Артемий Владимиров}

Тайна Христова Рождества в благовестии нашей нравственной свободы, ибо один Христос Богомладенец силен даровать нам через Свою крестную смерть и воскресение нравственную свободу от рабства лукавому духу, от страстей и греха и от самой смерти. На этом светлом фоне Христова Воплощения мы невооруженным взором видим мрачный антипод духовной свободы, коллективную стадную покорность греху, смерти, лукавому, то рабство, которое лишает каждого из нас присущих нам черт Богом созданной личности, превращает собор людей даже не в первобытное стадо, а в демонизированный коллектив, в котором уже не видно ни лица человеческого, ни свободного произволения, но коллективную покорность греху. Боговоплощение несет с собой ту удивительную радость, мир, благоволение, которые свидетельствуют об истинном предназначении человека. Лишенные веры и Христовой радости люди, чем более сплачиваются в антихристианское сообщество, тем более становятся зависимыми от духов уныния, печали, злобы и блуда, которые кладут мрачную печать на каждого отступившего либо словом, либо делом от Христа Спасителя.

Мне хотелось бы пожелать всем, кто идет вслед «Русской народной линией» к свету истинной веры и верности Христу, в эти предрождественские дни разумения всего сказанного, а разумение дается нам, если мы входим с чистым искренним сердцем в лоно Матери-Церкви. Хочется пожелать всем от Христа Богомладенца нравственных сил к победе над лукавым, в войне с собственными страстями. Хочется пожелать всем верным Христовым ученикам того победоносного единства, которое звучит в словах самого Господа: «Мужайтесь, ибо Я победил мир» (Ин. 16:33), а значит и нам, Его последователям, пусть и не обещано численное большинство, Бог уготовал великую победу над смертью, над грехом, над дьяволом, если только мы потрудимся как следует в нашем служении нашей Родине, нашей Церкви и Самому Живому Богу.

Протоиерей Артемий Владимиров, настоятель храма Всех Святых в Красном Селе (Москва), член Союза писателей России

http://www.ruskline.ru/news_rl/2011/01/05/tajna_hristova_rozhdestva_v_blagovestii_nashej_nravstvennoj_svobody/

[Александр Васильевич]

С РОЖДЕСТВОМ ХРИСТОВЫМ!



Тропарь, глас 4:

Рождество Твое Христе Боже наш, возсия мирови свет разума: в нем бо звездам служащии, звездою учахуся, Тебе кланятися Солнцу правды, и Тебе ведети с высоты Востока: Господи слава Тебе.


Кондак, глас 3:

Дева днесь Пресущественнаго раждает, и земля вертеп Неприступному приносит: ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Oтроча младо, Превечный Бог.

[Александр Васильевич]

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО



Господь наш Иисус Христос, Спаситель мира, родился от Пресвятой Девы Марии в царствование императора Августа (Октавия) в городе Вифлееме. Август повелел сделать всенародную перепись во всей своей империи, к которой относилась тогда и Палестина. У евреев был обычай вести народные переписи по коленам, племенам и родам, всякое колено и род имели свои определенные города и праотеческие места, потому Преблагословенная Дева и праведный Иосиф, как происходившие от рода Давидова, должны были идти в Вифлеем (город Давида), чтобы внести и свои имена в список подданных кесаря.

В Вифлееме они не нашли уже ни одного свободного места в городских гостиницах. В известняковой пещере, предназначенной для стойла, среди сена и соломы, разбросанных для корма и подстилки скоту, далеко от постоянного местожительства, среди чужих людей, в холодную зимнюю ночь, в обстановке, лишенной не только земного величия, но даже обыкновенного удобства - родился Богочеловек, Спаситель мира. "Таинство странное вижду и преславное, - с удивлением воспевает Святая Церковь, - Небо - вертеп; Престол Херувимский - Деву; ясли - вместилище, в них же возлеже невместимый Христос Бог" (ирмос 9-й песни канона). Безболезненно родившая Богомладенца Пресвятая Дева, Сама, без посторонней помощи, "повит Его и положи в яслех" (Лк. 2).

Но среди полночной тишины, когда всё человечество объято было глубочайшим греховным сном, весть о Рождестве Спасителя мира услышали пастухи, бывшие на ночной страже у своего стада. Им предстал Ангел Господень и сказал: "Не бойтеся: се бо благовествую вам радость велию, яже будет всем людем, яко родися вам днесь Спаситель, Иже есть Христос Господь, во граде Давидове", и смиренные пастыри первые удостоились поклониться ради спасения людей Снисшедшему до "рабия зрака". Кроме ангельского благовестия вифлеемским пастырям, Рождество Христово чудесною звездою возвещено было волхвам "звездословцам", и в лице восточных мудрецов весь языческий мир, незримо для него самого - преклонил свои колена пред истинным Спасителем мира, Богочеловеком. Войдя в храмину, где был Младенец, волхвы - "падше поклонишася Ему, и отверзше сокровища своя, принссоша Ему дары: злато и ливан и смирну" (Мф. 2, 11).

В воспоминание Рождества во плоти Господа нашего Иисуса Христа установлен Церковью праздник. Начало его относится ко временам Апостолов. В Апостольских Постановлениях говорится:


"Храните, братия, дни праздничные, и во-первых день Рождества Христова, которое да празднуется вами в 25 день десятаго месяца" (от марта). Там же, в другом месте сказано: "День Рождества Христова да празднуют, в оньже нечаемая благодать дана человекам рождением Божия Слова из Марии Девы на спасение миру". Во II столетии на день Рождества Христова 25 декабря указывает святитель Климент Александрийский. В III веке о празднике Рождества Христова, как о бывшем прежде, упоминает святой Ипполит Римский, назначая чтение Евангелия в этот день из 1 главы от Матфея. Известно, что во время гонения христиан Максимианом, в 302 году, никомидийские христиане в самый праздник Рождества Христова сожжены были в храме в числе 20000. В том же веке, когда Церковь после гонения получила свободу вероисповедания и сделалась господствующей в Римской империи, праздник Рождества Христова находим во всей Вселенской Церкви, как можно видеть это из поучений святого Ефрема Сирина, святителей Василия Великого, Григория Богослова, святителя Григория Нисского, святителей Амвросия, Иоанна Златоуста и других отцов Церкви IV века на праздник Рождества Христова. Святитель Иоанн Златоуст в слове своем, которое он говорил в 385 году, называет праздник Рождества Христова древним и очень древним. В том же веке на месте пещеры Вифлеемской, прославленной рождением Иисуса Христа, равноапостольная царица Елена соорудила храм, о великолепии которого много старался державный ее сын. В кодексе Феодосия, изданном в 438 году, и Юстиниана - в 535, излагается закон о всеобщем праздновании дня Рождества Христова. В этом смысле, вероятно, Никифор Каллист, писатель XIV века, в своей истории говорит, что император Юстиниан в VI веке установил праздновать Рождество Христово по всей земле. В V веке Анатолий, патриарх Константинопольский, в VII - Софроний и Андрей Иерусалимские, в VIII - святые Иоанн Дамаскин, Косма Маиумский и Герман, Патриарх Цареградский, в IX - преподобная Кассия и другие, которых имена неизвестны, написали для праздника Рождества Христова многие священные песнопения, употребляемые ныне Церковью для прославления светло празднуемого события.

Впрочем, в первые три века, когда гонения стесняли свободу христианского Богослужения, в некоторых местах Востока - Церквах Иерусалимской. Антиохийской, Александрийской и Кипрской - праздник Рождества Христова соединялся с праздником Крещения 6 января, под общим именем Богоявления. Причиной этого, вероятно, было мнение, что Христос крестился в день Своего рождения, как можно заключать об этом из слов святителя Иоанна Златоуста, который в одной из бесед своих в Рождество Христово говорит: "не тот день, в который родился Христос, называется Богоявлением, но тот, в который Он крестился". К такому мнению могли подать повод слова евангелиста Луки, который, говоря о крещении Иисуса Христа, свидетельствует, что тогда "бе Иисус лет яко тридесять" ( Лк. 3, 23). Празднование Рождества Христова вместе с Богоявлением в некоторых Церквах восточных продолжалось до конца IV века, в иных - до V или даже до VI века. Памятником древнего соединения праздников Рождества Христова и Богоявления доныне в Православной Церкви служит совершенное сходство в отправлении этих праздников. Тому и другому предшествует сочельник, с одинаковым народным преданием, что в сочельники должно поститься до звезды. Чин Богослужения в навечерия обоих праздников и в самые праздники совершенно одинаков.

День Рождества Христова издревле причислен Церковью к великим двунадесятым праздникам, согласно с Божественным свидетельством Евангелия, изображающего празднуемое событие величайшим, всерадостнеишим и чудесным. "Се благовествую вам, - сказал Ангел вифлеемским пастырям, - радость велию, яже будет всем людем. Яко родися вам Спас, Иже есть Христос Господь, во граде Давидове. И се вам знамение: обрящете Младенца повита, лежаща в яслех. Тогда же внезапу бысть со Ангелом множество вой небесных, хвалящих Бога и глаголющих: слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение. Вси слышавший дивишася о глаголанных от пастырей о рождшемся Спасителе, и сами пастыри возвратишася, славяще и хваляще Бога о всех, яже слышаша и видеша" (Лк. 2, 10 - 20). Так Рождество Христово, как событие высочайшее и чрезвычайное, сопровождалось дивной вестью пастырям и волхвам о всемирной радости для всех людей, "яко родися Спас", Ангельским славословием родившемуся Спасу, поклонением Ему пастырей и волхвов,. благоговейным удивлением многих, слышавших слова пастырей о родившемся Отрочати, славою и хвалою Его от пастырей.

Согласно с Божественным свидетельством Евангелия, отцы Церкви в своих Богомудрых писаниях изображают праздник Рождества Христова величайшим, всемирным и радостнейшим, который служит началом и основанием для прочих праздников.

http://www.pravoslavie.ru/news/060103131634.htm

[Александр Васильевич]

Архиепископ Иоанн (Шаховской)

СЛАВА В ВЫШНИХ БОГУ

Мы слышим детский лепет, словно пенье
Тех ангелов, что вдруг, для всей земли,
Сквозь эту ночь и звездное горенье
К пустынным пастухам пришли.

Мы замечаем братское согласье
И ясность кроткую людей простых,
Открытых Небу, ангелам и счастью,
Что родилось в святую ночь для них.

Мы постигаем веру и терпенье
Волхвов, искавших вечной глубины,
И - снова слышим в этом мире пенье,
Которым Небеса полны.

О, Господи, Великий, Безначальный,
Творец всех звезд, былинок и людей,
Ты утешаешь этот мир печальный
Безмерной близостью Своей!
Ты видишь скорбь земли: все наше неуменье
Тебя искать, любить, принять, найти;
И оставляешь Ты средь мира это пенье,
Как исполненье всякого пути.

Горит Твоя звезда - святая человечность,
И мир идет к своей любви большой;
И если кто ее увидел, значит вечность
Остановилась над его душой.

1960-е



Александр Солодовников

РОЖДЕСТВО

В яслях лежит Ребенок.
Матери нежен лик.
Слышат волы спросонок
Слабенький детский крик.

А где-то в белых Афинах
Философы среди колонн
Спорят о первопричинах,
Обсуждают новый закон.

И толпы в театрах Рима,
Стеснившись по ступеням,
Рукоплещут неутомимо
Гладиаторам и слонам.

Придет Он не в блеске грома,
Не в славе побед земных,
Он трости не переломит
И голосом будет тих.

Не царей назовет друзьями,
Не князей призовет в совет -
С галилейскими рыбарями
Образует Новый Завет.

Никого не отдаст на муки,
В узилища не запрет,
Но Сам, распростерши руки,
В смертельной муке умрет.

И могучим победным звоном
Легионов не дрогнет строй.
К мироносицам, тихим женам,
Победитель придет зарей.

Со властию непостижимой
Протянет руку, один,
И рухнет гордыня Рима,
Растает мудрость Афин.

В яслях лежит Ребенок.
Матери кроток лик.
Слышат волы спросонок
Слабенький детский крик...



Афанасий Фет

***
Ночь тиха. По тверди зыбкой
Звезды южные дрожат.
Очи Матери с улыбкой
В ясли тихие глядят.
Ни ушей, ни взоров лишних, -
Вот пропели петухи -
И за ангелами в вышних
Славят Бога пастухи.

Ясли тихо светят взору,
Озарен Марии лик.
Звездный хор к иному хору
Слухом трепетным приник, -
И над Ним горит высоко
Та звезда далеких стран:
С ней несут цари Востока
Злато, смирну и ливан.

1842



Константин Льдов

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО

Дева днесь Пресущественнаго раждает,
и земля вертеп Неприступному приносит.
Ангели с пастырьми славословят,
волсви же со звездою путешествуют...

Пустыня спит. Горят светила
На ризе ночи голубой.
Чья мысль их властно превратила
В завет, начертанный судьбой?
Кто поспешает в мраке зыбком
За звездным факелом во след?
К каким восторгам и улыбкам?
К каким виденьям юных лет?
То мудрецы, цари Востока,
Провидцы в жизни и во снах,
Рожденье нового Пророка
Прочли в небесных письменах.
Везут с дарами... Путь далек.
Идут, колеблются верблюды,
Вздымая облаком песок...
Святое всех роднит со всеми, -
Как смерть, как совесть, как грехи.
Под утро, в горном Вифлееме,
Проснулись в страхе пастухи.
Как озарилась их обитель!
Само вещает Божество:
"Рожден для смертных Искупитель,
Идите, - узрите Его!"
Смиренных духом сочетало
Преданье с мудрыми земли:
Одно их чувство волновало,
Одни надежды их влекли.
Для них Избранник неизвестный
Уже идет и в этот час
На подвиг Свой - на подвиг Крестный
Во искупление за нас!

1890-е



Людмила Колодяжная

ВОЛХВЫ

Галки взлетают все выше,
Чтобы на кронах уснуть...
Верно, волхвы уже вышли
В свой осторожный путь.
Снежной дороги каша,
Самая глушь зимы,
И не увидишь даже
Луч среди этой тьмы.
В худшее года время,
В холод волхвы пошли,
Царских подарков бремя
Над головой несли.
Мглою, по снежной пыли,
Прочь от Ирода, прочь,
К цели идти решили,
Без остановки, всю ночь,
Сквозь безлистные кущи,
Чтоб не застыть, не заснуть...
Пел чей-то голос в уши,
Что безрассуден путь -
Есть ли Господь на свете,
Иль человек один?..
Маги пришли на рассвете
В теплую мглу долин,
Где из-под мокрого снега
Остро пахла трава,
Луч у корчмы, как веха,
Гибкие дерева
Над Его колыбелью...
Поняли путники - здесь;
Ангела голос свирелью
Им подтвердил: Бог - есть!
Давно это, помнится, было,
Но если б послал кто-нибудь,
По грязи, по снежной пыли
Волхвы б устремились в путь,
По тающей острой кромке,
В морозную глушь зимы,
Надеясь увидеть ломкий,
Единственный Луч средь тьмы.

1997



Дмитрий Щедровицкий

ПОКЛОНЕНИЕ ВОЛХВОВ

Вступает ночь в свои права,
В пещеру входят три волхва
Гаспар и Мельхиор...
А детство чудно далеко,
И столько выцвело веков,
Что ты забыл с тех пор,
Как звали третьего... Гаспар
Внес ладан. А Младенец спал,
Вдыхая аромат,
И столько времени прошло,
Что помнить стало тяжело
И петь, и понимать,
О чем твердил небесный хор.
Смотрел из ночи Мельхиор,
Как золотился свет,
Как подымался сладкий дым, -
В нем вился холод наших зим,
Сияли лица лет...

1980-е

http://www.pravmir.ru/article_336.html

[Александр Васильевич]

Лидия  Коппер

Звезда надежды

Чем так привлекательны для нас в воспоминаниях детство и юность? Тем, что смело смотрят в свое будущее, нетерпеливо стремятся в него: для них из этой дали исходит свет, там открываются просторы - туда, скорей туда! Как на ранней заре весь воздух от земли до неба пронизан лучами поднимающегося солнца и светится золотом, так воздух жизни на ее заре светится радостной надеждой. Все верно: Бог есть любовь и Вся премудростию сотворил еси. Только что пришедшая в мир душа, еще незамутненная и неискалеченная, чувствует это.



Но падший человек болен в мире сем, и скоро начинаются подмены: одна за другой вспыхивают на жизненном горизонте заманчивые звезды - сюда, сюда! А теперь сюда! О, вон там - какая яркая и совсем близкая! И вот человек не замечает, как свет, наполняющий весь мир, гаснет, а он сам бежит по дорожке, освещенной очередной мерцающей приманкой. Новые приманки - новые дорожки, они петляют и с каждым разом становятся все более узкими и каменистыми, все темнее вокруг, но остановиться нельзя, надежда - матрица, вложенная в душу при рождении - не дает остановиться. Почему она обладает такой силой, почему она умирает последней?

Потому что есть звезда подлинной надежды, и она - не ложь. Однажды она взошла над миром и ее увидели три волхва. «Задолго до рождения, увидевши звезду, явившуюся в их земле, они идут смотреть Родившегося;... Какая же причина их побудила? В надежде каких наград из такой отдаленной стороны они идут поклониться Царю?» [1].

Нам трудно представить, какой переворот произошел в их душах, почему с такой решимостью откликнулись на ее зов, отправились в тяжкий и опасный путь через пустыни и города. «Дева днесь Пресуществлённого рождает, и земля вертеп Неприступному приносит. Ангелы с пастырями славословят, волхвы же за звездою путешествуют»..

Днесь. Это случилось тогда, это происходит и днесь, для нас и с нами. Волхвы, идущие за звездой... Вечный образ. Потому что все мы подобны им, все идем. Но куда?

Звезда, за которой последовали волхвы, «не просто шла, но предшествовала им, ведя их как бы за руку среди дня» [1]. Но ведь и нас Рождественская звезда, если мы пойдем за ней, поведет туда же - к родившемуся Младенцу. Но для этого мы должны увидеть ее свет и отвести взгляд от колдовских огней. Это возможно.

По слову святителя Феофоана Затворника, благодать Божия рассекает человека, «вводит его в сознание двойственности»[2]. По Святом Крещении мы получили семя этой благодати, и меч Духа Святаго, как спасительный хирургический скальпель, отсек в нашей душе плотского человека от родившегося от этого семени - духовного. У нас появились глаза духовные, которыми мы можем увидеть над мраком погрязшего в неверии и грехе мира немеркнущий свет надежды. Мы теперь можем увидеть пропасть, в которую заманивают лже-звезды.

Не будем принимать за подлинный, путеводный свет надежду на здоровье, на успех, на деньги - это все, если будет угодно Богу, только подспорье в пути. Но нас ведет звезда Святого Евангелия, и Церковь, как любящая мать, держит за руку. Мы теперь можем увидеть в себе то, что откликается на ложь, и не дать волю этому ветхому человеку, ведь у нас есть Таинства Церкви, учение святых отцов, помощь святых угодников Божиих. Нет, не обманывало душу то видение затопляющего света надежды - все сбудется, если дойдем, если не отведем взгляда от путеводной звезды, не вырвем капризно руку, не бросимся туда, где мрак.

Те, первые волхвы «возрадовались, что нашли то, чего искали, что сделались провозвестниками истины, что не напрасно предпринимали столь дальний путь» [1]. Возрадуемся и мы, что по милости Божией, по неизреченной любви Его и мы увидели свет истины, знаем куда идти, и что нас ожидает. Нас ждет вечная жизнь, предчувствие которой освещало наше детство и юность, и которая хлынет светом на душу, когда мы закроем наши глаза здесь, на земле. А надежда не постыжает, потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам. (Рим. 5.5).

Как звезда та взошла на востоке,
Как звезда на востоке взошла, -
Нам открылись глаголы пророков:
Где-то Дева Царя родила.

И теперь мы дары собираем -
Наши души и наши дела,
В путь назначенный выступаем,
И звезда впереди потекла.

Что теперь нам земные печали!
Радость в вышних и мир на земле!
Письмена эти прочитали
Мы у ангелов на челе.

И идем мы к святой колыбели.
О, как труден и сладок путь!
За небесные параллели
Нам назначено перешагнуть.

Там, у этих священных ясель
Сложим ветхую мудрость свою...
Жизни свет так тих и так ясен
Новой вечности на краю.

[1] - Иоанн Златоуст, «Толкование на святого Матфея Евангелиста».
[2] - Свт. Феофан Затворник, «Путь ко спасению».

http://www.ruskline.ru/analitika/2011/01/05/zvezda_nadezhdy/

[Александр Васильевич]

Святитель Феофан Затворник

Размышления на Рождество Христово



Слава Тебе, Господи! И еще дождались мы светлых дней Рождества Христова: повеселимся же теперь и порадуемся. Св. Церковь нарочно для того, чтоб возвысить наше веселие в эти дни, учредила перед ними пост – некоторое стеснение, чтобы вступая в них мы чувствовали себя как бы исходящими на свободу. При всем том она никак не хочет, чтобы мы предавались услаждению только чувств и одним удовольствиям плотским. Но исстари, наименовав эти дни святками, требует, чтобы самое веселие наше в течение их было свято, как они святы. А чтобы не забылся кто веселясь, она вложила в уста нам краткую песнь во славу родившегося Христа, которою остепеняет плоть и возвышает дух, указывая ему достойные дней этих занятия: «Христос рождается – славите» и проч. Славьте же Христа, и славьте так, чтоб этим славословием усладились душа и сердце, и тем заглушился позыв ко всякому другому делу и занятию, обещающему какую-либо утеху. Славьте Христа: это не то, что составляйте длинные хвалебные песни Христу, нет; но если, помышляя или слушая о рождестве Христа Спасителя, вы невольно из глубины души воскликнете: слава Тебе, Господи, что родился Христос! – этого и довольно; это будет тихая песнь сердца, которая пройдет, однако же, небеса и войдет к Самому Богу. Воспроизведите немного пояснее то, что совершено для нас Господом – и вы увидите, как естественно ныне нам такое воззвание. Чтоб это было для нас легче, приравняем к этому следующие случаи. Заключенному в темнице и закованному в узы царь обещал свободу… Ждет заключенный день – другой, ждет месяцы и годы… не видит исполнения, но не теряет надежды, веря цареву слову. Наконец, показались признаки, что скоро-скоро, внимание его напрягается; он слышит шум приближающихся с веселым говором: вот спадают запоры и входит избавитель… Слава Тебе, Господи! восклицает невольно узник. Пришел конец моему заключению, скоро увижу свет Божий! Другой случай: больной покрытый ранами и расслабленный всеми членами, переиспытал все лекарства, и много переменил врачей; терпение его истощилось, и он готов был предаться отчаянному гореванию. Ему говорят: есть еще искуснейший врач всех вылечивает и именно от таких болезней, как твоя; мы просили его – обещал прийти. Больной верит, возникает к надежде и ждет обещанного… Проходит час, другой, более – беспокойство снова начинает точить душу его… Уже под вечер кто-то подъехал… идет… отворилась дверь, и входит желанный … Слава Тебе, Господи! вскрикивает больной. Вот и еще случай: нависла грозная туча; мрак покрыл лицо земли; гром потрясает основания гор и молнии прорезывают небо из края в край: от этого все в страхе, словно настал конец мира. Когда же потом гроза проходит и небо проясняется, всякий, свободно вздыхая, говорит; Слава Тебе, Господи! Приблизьте эти случаи к себе и увидите, что в них вся наша история. Грозная туча гнева Божия была над нами, – пришел Господь – примиритель и разогнал эту тучу. Мы были покрыты ранами грехов и страстей – пришел врач душ и исцелил нас… Были мы в узах рабства – пришел освободитель и разрешил узы наши… Приблизьте все это к сердцу своему и восприимите чувствами своими, и вы не удержитесь, чтоб не воскликнуть: слава Тебе, Господи, что родился Христос! Не усиливаюсь словами моими привить к вам такую радость: это недоступно ни для какого слова. Дело, совершенное родившимся Господом, касается каждого из нас. Вступающие в общение с Ним приемлют от Него свободу, врачевство, мир, обладают всем этим и вкушают сладость того. Тем, которые испытывают это в себе, незачем говорить: «радуйтесь», потому что они не могут не радоваться, а тем, которые не испытывают, что и говорить: «радуйтесь»; они не могут радоваться. Связанный по рукам и по ногам, сколько ни говори ему: «радуйся избавлению» – не возрадуется; покрытому ранами грехов откуда придет радость уврачевания? Как вздохнет свободно устрашаемый грозою гнева Божия? Таким можно только сказать: «пойдите вы к Младенцу повитому, лежащему в яслях, и ищите у Него избавления от всех обдержащих вас зол, ибо этот Младенец – Христос Спас мира». Желалось бы всех видеть радующимися именно этою радостью и нехотящим знать других радостей, но не все сущие от Израиля – Израиль. Начнутся теперь увеселения пустые, буйные, разжигающие похоти: глазерство, кружение, оборотничество. Любящим все это сколько ни говори: «укротитесь», они затыкают уши свои и не внемлют – и всегда доведут светлые дни праздника до того, что заставят милостивого Господа отвратить очи Свои от нас и сказать: «мерзость Мне все эти празднества ваши»! И действительно, многие из наших увеселений общественных воистину мерзость языческая, то есть, одни прямо перенесены к нам из языческого мира, а другие, хотя и позже явились, но пропитаны духом язычества. И как будто нарочно они изобретаются в большем количестве в дни Рождества м Пасхи. Увлекаясь ими, мы даем князю мира – мучителю своему, противнику Божию, повод говорить к Богу: «что сделал Ты мне рождеством Своим и воскресением? Все ко мне идут!» Но да проносятся чаще в глубине сердца нашего слова 50-го псалма: «Ты праведен в приговоре Твоем и чист в суде Твоем». .. Нас увлекает просвещенная Европа… Да, там впервые восстановлены изгнанные было из мира мерзости языческие; оттуда уже перешли они и переходят и к нам. Вдохнув в себя этот адский угар, мы кружимся как помешанные, сами себя не помня. Но припомним двенадцатый год: зачем это приходили к нам французы? Бог послал их истребить то зло, которое мы у них же переняли. Покаялась тогда Россия, и Бог помиловал ее. А теперь, кажется, начал уже забываться тот урок. Если опомнимся, конечно, ничего не будет; а если не опомнимся, кто весть, может быть, опять пошлет на нас Господь таких же учителей наших, чтоб привели нас в чувство и поставили на путь исправления. Таков закон правды Божией: тем врачевать от греха, чем кто увлекается к нему. Это не пустые слова, но дело утверждаемое голосом Церкви. Ведайте, православные, что Бог поругаем не бывает; и ведая это, веселитесь и радуйтесь в эти дни со страхом. Освятите светлый праздник святыми делами, занятиями и увеселениями, чтоб все, смотря на нас, сказали: у них святки, а не буйные какие-нибудь игрища нечестивцев и развратников, не знающих Бога.

http://www.pravoslavie.ru/put/33451.htm

[Александр Васильевич]

Митрополит Вениамин (Федченков)



В ожидании Рождества Христова: благодатный дождь придет вслед за громами

Спасе, спаси!

Стою на утрени и думаю: вот Ты пришел на землю... Зачем? Спасать. Кто Ты? Бог! Ты ли не сумеешь и не сможешь спасти, Бог Сый? Ты ли не будешь всемерно этого делать с нами даже и тогда, когда мы противимся, как неразумные, «бедные» дети?! Для того Ты и пришел. Сам пришел. «Твое бо есть еже миловати и cnacamu ны, Боже наш (заключительный возглас на утрени, после просительной ектеньи). А как – Твоего ведения дело. Я же вопию Тебе: «Cnace, спаси мя» (припев на заупокойном парастасе).

«Люблю мучения»

Ныне, 21 декабря, память святой Иулиании. И припомнилось: в предыдущие два дня воспоминались мученики. Но да не унывают и жены: вот и от них – святая. И тоже мученица. Во Христе нет ни мужеского пола, ни женского (Гал. 3, 28). Посмотрим житие ее.

Дочь знаменитого богача из Никомидии, Иулиания, девяти лет была обручена некоему Елевсию. Но, полюбив христианскую веру, решилась остаться девою. Жених ее, сделавшись начальником города, принуждал ее выйти за него замуж; она говорила, что и на это согласится, если он будет тоже христианином. Он не захотел этого и жестоко замучил свою невесту, на восемнадцатом году ее жизни. А до этого еще бил свою дочь отец, спросив ее предварительно:

– Безумна ли ты или любишь мучения?

– Мучения за Христа люблю, – ответила святая.

И с ней замучили пятьсот мужей и сто тридцать жен.

Писать ли?

Стою в церкви, зрю «кругом бедноту» свою и размышляю: а зачем же пишу я это все? Нужно ли это? Писать ли? В самом деле: разве это настоящее «дело»? Настоящее дело – спасение души. А я «мыслями» лишь занимаюсь, а не делами…. Лучше бы прекратить. А вместо этого заняться каким-либо иным делом, хотя бы даже и физическим; а главное – молитве бы учиться. Нужно же когда ли о начинать. Не всяк, глаголяй Ми: Господи, Господи, внидет в Царствие. А другая мысль: так многие тоже спасались. И приходит возражение: не искушение ли это?

Враг ведь лукав, хитер.

Пока Господь допускает. А иногда будто и помогает.. А воля – Твоя, Господи!

«Ужас велий»

За службой услышал эти слова. И другие подобные же: «страшное «страшные смотрение».

Действительно, если углубишься, что Бог, Неприступный, Премирный, Невместимый, Незримый, вмещается в утробу девическую и возраает как и всякий иной человек, – станет страшно... Бог во чреве! Бог рождается! Да, плотию. Но все же Бог. Плоть не чужда Ему, а отныне – Его плоть. Не так, как одежда на человеке, но как душа в теле: единое. Невместимо сие уму! Остается лишь изумляться. Бог Творец – теперь Он Себя Самого творит плотию: «Создатель, Бог наш, волею создася» (21 декабря, первая стихира на Хвалитех). «Слово, Иже Отцу Единосущвн Сый зиждется, и растет временным расстоянием; паки (да еще) и раздастся в вертепе: ужас велий» (21 декабря, «слава» на «Хвалитех»). «Сие – крайнее снисхождение! Сие страшное смотрение!» (вторая стихира на «Хвалитех»). Потому с самого начала предпразднства повторяется стих из Святого Писания о страхе и ужасе: Господи, услышах слух Твой (о Тебе), и убояхся: Господи, разумех дела Твоя и ужасохся (Аввакум 3, 2). Потому и вчера вечером Церковь с удивлением спрашивает Саму Матерь: «Безневестная Дево! Откуду пришла еси? Како Зиждителя носиши на руку? Како не растлилася ecu утробою? О, великих, преславных на Тебе страшных таинств зрим, Всесвятая!» (21 декабря, вечерня, Богородичная стиховна). И если ныне пелось, что, по рождении «Сына Божия Дева держащи во объятиих, матерскими облобызаньями иелующи», говорила: «радуюся, держащи в недрах (на груди) Сына Божия» (21 декабря, икос), то вчера мы слышали и другое. Как только «явися Господь из Девы Матере», то Ему приникши, рабски Мати поклонися (поклонилась)» и с удивлением Сама вопрошала у «Держимаго на объятиях: «пако всеялся еси Мне? Или како прозябл еси во Мне, Избавителю Мой и Боже?» (20 декабря,утреня, Богородичная стиховна). Да и ужасаешься недостаточно. Только краем сердца.

Отдаленные громы

Запели «Сеченое сечется» – ирмосы Страстной Среды, приспособленные к событиям Рождества Спасителя.

Вифлеем и Голгофа– начало и конец «уничижения», или искупительного подвига Христа. Добавлю: и родился-то Господь для того, чтобы принести Себя в жертву.

И эту цель Церковь видит еще при рождении: из яслей вдалеке виден Крест. Но на это и пришел Воплотившийся Бог. «Воплотился, чтобы пострадать за нас», – говорит святой Афанасий Великий.

 Когда запели мы эти ирмосы, как-то душа сразу стихла и точно притаилась.

Так перед грозой обычно бывает временная тишина. Но издали глухо слышатся уже громы. А за ними будет благодатный дождь. Почуяла душа, что за наступающею радостью торжества будет великая скорбь Богомладенцу, которая закончится Агнчей Жертвою.

Кстати: «сеченое сечется море». Что это такое? «Сеченое» – удар прямой; «пересекается» – удар поперечный; и образуется Крест. Как на Воздвижение поется: «Крест начертав Моисей жезлом Чермное пресече». Это – прообраз спасения: А люди спасутся из плена диавольского чрез Крест Христов и потом чрез Крещение, что изъясняет и апостол Павел (CM. 1 Кор. 10, 2).


_{храм Рождества Христова}

«Странствия Владычня». Что такое «странствия»? Странный, иностранный, гость; отсюда – угощение, трапеза, обед... Этого угощения Божия и приглашает Церковь причаститься еще в яслях Вифлеемских, а после – и от Голгофской Чаши.

http://www.pravmir.ru/article_1616.html

[Александр Васильевич]

Александр Крутов


СВЕТ, ОЗАРИВШИЙ ВСЕЛЕННУЮ



Нет, пожалуй, другого такого праздника (кроме, конечно, Праздника Праздников — Пасхи), который был бы окутан такой таинственностью, пронизан ожиданием чуда, освещён верой, надеждой и любовью, как Рождество Христово.

«Вся церковь воссияла, — все паникадилы загорелись. И так ахнуло — “С нами Бог”… — как громом, так и взыграло сердце, слезами даже зажгло в глазах, мурашки пошли в затылке…Такого пения, говорили, ещё не слыхали: будто все Херувимы-Серафимы трубили с неба. И я почувствовал радость, что с нами Бог. А когда запели: “Рождество твое, Христе Боже наш, воссия мiрови свет разума…” — такое во мне радостное стало… и я будто увидел вертеп-пещерку, ясли, пастырей и волхвов…», — так описывал свои детские впечатления о Рождественской ночи в храме замечательный русский писатель Иван Сергеевич Шмелёв.

Для многих из нас детские воспоминания связаны не с Рождеством, а с Новым годом. Для нас это был самый весёлый праздник: и хороводы водили вокруг ёлки, пели «В лесу родилась ёлочка», подарки получали, а вот такого, чтобы сердце взыграло, слёзы в глазах, да мурашки в затылке, не довелось испытать. Уже будучи взрослым, что-то подобное пережил я на своей первой Рождественской службе в московском Сретенском монастыре, но… это уже были ощущения пожившего во грехе человека.

Откровенно говоря, мы только ещё начинаем, в большинстве своём, привыкать к празднику, возвращённому нам после стольких лет запретов. Сегодня по мере сил и возможностей, стараниями прихожан и жертвователей воссоздаются разрушенные церкви, строятся новые, и среди них храмы Рождества Христова.

Печатью величайшего события в истории человечества отмечен и Храм Христа Спасителя в Москве. История храма началась в Рождество 25 декабря (по ст. ст.) 1812 года. Именно в этот день, когда последний солдат 600-тысячной армии Наполеона, вторгнувшейся в Россию, был изгнан из её пределов, Император

Александр I подписал Манифест о создании в честь победы Российского воинства, в благодарность Богу, величественного Храма во Имя Христа Спасителя в Москве. С тех пор до самой октябрьской смуты 1917 года в России 25 декабря (7 января по новому стилю) отмечали не только Рождество Христово, но и Победу в Отечественной войне 1812 года.

Думаю, будет справедливо, если к 200-летнему юбилею Победы мы возродим празднование этой даты. И в нашем календаре 7 января появится ещё одна памятная дата — связующая связь времён.

Разве не промыслительно, что восстановление разрушенного Храма Христа Спасителя тоже началось в праздник Рождества: 7 января 1995 года был торжественно заложен первый камень в основание будущего собора.

Вот уже более двух тысячелетий весь христианский мiр каждый год с волнением и радостью ждет Рождества — праздника, установленного в воспоминание о рождении Иисуса Христа в Вифлееме. Это событие перевернуло весь мiр. Начался новый отсчёт земного времени: до Рождества Христова, после Рождества Христова. Это только в нашем государстве никак не хотят этого признать и пишут — «до нашей эры».

Пришёл Христос — и свет озарил всю Вселенную. В Рождественских песнопениях Церковь повторяет, как победоносный гимн, слова: «С нами Бог!».

Зачем Христос пришёл на землю? Сам пришёл! Спасать. Нас неразумных, немощных, духовно больных, противящихся спасению. Пришёл, чтобы исцелить греховную, падшую природу человека. Пришёл, чтобы не только показать истинный путь, но чтобы соединить с Собою.

Как пишет известный богослов митрополит Антоний Сурожский: «Бог отдаёт Своего Сына — да, на земную жизнь, но также и на смерть!.. Воплощённый же Бог, Богочеловек Господь Иисус Христос и при рождении Своём уже безсмертен: и Он принимает смертность, желая во всём отождествиться с нами, людьми, быть с нами заодно, не отлучаясь ни от любви Божией, ни от единства с Ним, чтобы жить нашей жизнью, но жизнью очищенной, прозрачной ко всему светлому, и умереть нашей греховной смертью».

Господь преподал мiру, родившись в пещере, а не в царских палатах, добродетель смирения. На своем примере Господь умалился до самого необходимого, чтобы и другие поступали так же. Показал, что не место делает значимым человека, но человек освящает место. Роскошь и внешний блеск не возвеличивает человека, а нищета и бедность не уменьшают его достоинства.

Мiр ожидал другого Христа. Святой пророк Исайя, в чьи уста Господь вложил великие пророческие обетования о рождении Спасителя Христа и Его крестных страданиях: «…се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил» (Ис.7, 14) — был перепилен деревянной пилой. И для Истинного Христа Иерусалим приготовил Крест.

До сих пор мiр ненавидел и ненавидит Христа. Вера в Бога и верующие в Бога всегда подвергаются жестоким гонениям и преследованиям, и то, что вера есть подвиг, открыли для нас ветхозаветные праведники и подтвердили апостолы и все святые христианских времён. Страх Божий в истинно верующих был сильнее страха человеческого; обетование лучшего — славного и блаженного воскресения, ведущего в Царство Небесное, — вдохновляло их.

Людей, которые признали Христа Богом, приняли в себя и подчинили Ему Свою жизнь, по-прежнему немного. Потому что жить для себя, а не для Него, кажется разумнее, житейски мудрее. Правда, до поры до времени — пока перед человеком не встанет вопрос: «А для чего мы живём? Для чего умираем? Почему болеем и страдаем?».

«Мы живём во времена исполнившихся обетований, — говорил архимандрит Иоанн (Крестьянкин). — Будем учиться вере. Она научает нас приносить Богу жертву любви, всю жизнь и в радости, и в горе предавая Богу. Она научает нас принять и хранить Божии откровения, Божии обетования. Страхом Божиим она оградит нас от потопа зла и нечестия, захлёстывающего мiр. Вера станет нам спасительным ковчегом, где кормчим будет Сам Господь, Который приведёт нас к вратам праведности. И исчезнет страх, с которым взираем мы в завтрашний день, ибо, что такое он, этот завтрашний день, если верующему в Бога и живущему в Боге обещана вечность». Человек был, есть и будет странником, пришельцем на земле.

Рождество Христово — время, когда в сердце загорается огонёк надежды на то, что мiр вокруг нас станет лучше, когда сердце наполняется ожиданием чуда… И это чудо происходит!..

«Христос рождается, славите!», — несётся над Вселенной, — «Христос с небес, встречайте!».



Александр Николаевич КРУТОВ, "Русский Дом", №1, 2011г.

http://www.russdom.ru/node/3616

[Александр Васильевич]

Протоиерей Александр Шаргунов

КНИГА РОДСТВА ГОСПОДА ИИСУСА ХРИСТА



Накануне Рождества Христова мы слышим в храме Евангелие родства Господа нашего Иисуса Христа. Эта родословная Господа открывает нам, что Иисус Христос не ворвался в историю человеческого рода, как метеор. Рождество не есть случайность, непредвиденная милость Божия. Иисус Христос — Тот, Чьи корни, Чьи предки вполне человеческие, именно человеческие. Иисус Христос — Тот, приход Которого уготовлялся в течение всех веков, пока не пришла полнота времён и пока не нашлось в роде человеческом столь чистого Существа, способного стать вместилищем Бога, как Пресвятая Дева Мария. И мы видим, как вся история богоизбранного народа, в особенности со дня, когда Бог призвал Авраама, направлена к Рождеству Христову.

Евангелие от Матфея было написано, прежде всего, для иудеев — в нём больше, чем в других Евангелиях, цитат из Ветхого Завета, которые возвещают о конце мiра, о Царстве Божием. Родословной Христа святой евангелист Матфей как бы взывает к богоизбранному народу. Он — от нас, но мы — входим ли в Его родословную, принадлежим ли Его роду?

Эта родословная заканчивается именем праведного Иосифа, «мужа Марии», — как сказано в Евангелии, — «от Которой родился Иисус, называемый Христос». И далее мы слышим, какое место занимает праведный Иосиф в родословной Христа. «Рождество Иисуса Христа было так. По обручении Матери Его Марии с Иосифом, прежде, нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святого. Иосиф же, муж Ее, будучи праведен, и не желая огласить Ее, хотел тайно отпустить Ее, но когда он помыслил это, се, Ангел Господень явился ему во сне и сказал: “Иосиф, сын Давидов, не бойся принять Марию, Жену твою, ибо Родившееся в Ней есть от Духа Святого“». Так просто и чудесно нам показано, что эта родословная праведного Иосифа не есть в полном смысле родословная Христа. Однако Господь принимает праведного Иосифа и всех людей, имена которых мы слышали, за Своих предков.

Тем более мы не являемся Его наследством по крови. Однако Он называет нас Своими родными и Своими чадами. Это совершается по дару Его благодати. Как избрание Избранной от всех родов Пречистой Его Матери и как избрание праведного Иосифа быть Её обручником. Мы не можем сравнивать себя с кем-либо из великих избранников Божиих, но Рождеством Христовым мы все вступаем с Богом в родство.



Эти имена родословной свидетельствуют, что Христос восхотел воспринять всех предков праведного Иосифа, тех, от кого Он не родился, но которых Своей Божественной благодатью возводит в достоинство Своих предков, предков Христа Мессии. В этой родословной мы встречаем имена достойнейших святых людей, возлюбивших более всего Бога, Божие добро. Таких как Авраам, Исаак, Иаков, Вооз, Езекия и Иосия. И имена людей, о которых, по существу, ничего не сказано, потому что о них ничего не известно. Людей, которые не оставили в истории никакого яркого следа — ни плохого, ни хорошего. Таких большинство. Большинство таких людей и в истории рода человеческого. И в этой родословной большинство таких. Следует череда неизвестных имён, о которых Священное Писание ничего не сообщает. Мы знаем, что эти Елиаким, Азор, Садок, Аким, Елеазар, Матфан — люди из какой угодно среды и какого угодно происхождения.

Но самое поразительное, что в родословной Спасителя мы находим имена людей, совершивших тяжкие постыдные грехи: прелюбодеяния, убийства и идолопоклонства. Однако и они, оттого что Бог был для них единственным смыслом и надеждой в жизни, несмотря на свои падения, продолжали, падая и вставая покаянием, — и с ними всё человечество, — свой путь к Богу. Здесь начало Евангелия, поистине благой вести для всех людей. Бог, ставший человеком, принимает их в Своё родство. Из какой бы то ни было, любой среды, с какими бы то ни было, всеми их грехами. Всех без единого исключения принимает Христос. И мы знаем, что Он будет постоянно называть Себя Сыном Давидовым не только за любовь Давида к Богу и за кротость его, но и потому, что Давид не уберёг себя от страшных грехов. Горе было бы нам, если бы в родословной Христа были только безупречные по чистоте и вере люди, если бы Бог наш был только Богом Авраама, Исаака и Иакова. Мы понимали бы, что Его жизнь — не наша жизнь. Но это не так, и потому надежда наша велика.

Как хорошо, что Церковь напоминает нам об этом накануне Рождества Христова! Он плоть от нашей плоти, Он от нас, Он берёт на Себя грехи Своих предков и наши грехи. Со слезами любви и благодарности приблизимся к источнику нашей радости. Будем читать и перечитывать в Библии историю мужей и жён, описанных в этой книге, и находить в них свою жизнь. Это история нашего усыновления Богу, история нашего прощения. Приготовиться к Рождеству Христову значит приготовиться к тому, чтобы принять дар от Бога — Его любовь, Его прощение, Его родство. Принять Того, Кого никакой человек не отпугивает, никакой грех не отталкивает, никакой грешник не приводит в отчаяние. И только этой Его любовью может измеряться наше покаяние. Придя в мiр, Он взял на Себя судьбы всех людей, грехи всех людей, жизнь и смерть всех людей. Принесём Новорождённому Богомладенцу, как воспевает непрестанно в своих стихирах Церковь, золото, ладан и смирну — наши веру, надежду и любовь. И наше благодарение и хвалу за Его родословную от лица всех тех, с кем Он восхотел быть в вечном родстве.

http://russdom.ru/node/3614

[Александр Васильевич]

Рождество Христово в монастыре



Пришло время самого прекрасного из зимних праздников. Рождество Христово очень любит русский народ. Мы расскажем, как встречают Рождество в самом сердце России, на Владимиро-Суздальской земле, в русском православном монастыре

Монастырь во имя Святителя Николая спрятан от глаз людских словно сокровище. Он и вправду сокровище. В прошлом веке, когда советская власть оскверняла храмы, вынося из них иконы и превращая церкви в склады или конюшни, монастырь спасён был Божиим заступлением. Тогда закрылись почти все русские монастыри, храмы были разграблены. Лишь когда на страну напали оккупанты и вопрос стоял быть или не быть самой России, Сталин, поняв, что помочь теперь может только Бог, открыл хотя бы некоторые из них. И Господь помог России, переломив немецкое наступление на Курской дуге. Многие солдаты видели в том страшном сражении Лик Богородицы в небе…

До войны Никольскую обитель тоже не обошли незваные гости. Велели принести ключи от храма и отдать властям. Сестра Ангелина, у которой хранились ключи, спрятала их в лесу, а место показывать не стала. Монахиню посадили в тюрьму на 17 лет. Дальше происходило нечто чудесное. Вместо того чтобы взломать ворота храма и разграбить его, как это делали повсюду в России, власти почему-то забыли о монастыре. И храм простоял закрытый и неосквернённый полвека, пока власть Советов не рухнула. Помогло монастырю ещё и то обстоятельство, что находился он в глуши, даже дороги к нему не было.

Спасло монастырь заступничество великого святого, которому он был посвящён, Николая-угодника, которому молились все эти полвека оставшиеся в нём монахини.

Когда страшное для Церкви время миновало и монастырь вновь открыл двери для всех, кто верит в Господа нашего Иисуса Христа, вернулась в родную келью и монахиня Ангелина. А совсем недавно закончила свою земную жизнь. Похоронили ее за алтарём, это самое почетное место для захоронения, ведь мать Ангелина спасла монастырь от осквернения ценою собственной свободы. Спасла и всё убранство храма, и прекрасные старинные фрески, и чудотворные иконы, которые ныне мироточат, исцеляют людей.

Это поистине святое место. Паломники ощущают настоящую благодать Божию. Каждый приезжающий чувствует силу святого места настолько, что преображается внутренне, обретает защиту Бога и покой в душе. Многие исцеляются здесь от болезней.



В монастыре живут почти два десятка насельниц. Матушка Ирина, настоятельница, по натуре оказалась человеком добрым, и в этом похожи на неё все сёстры монастыря. Все они славят ныне приход Спасителя в мiр, правят по старинным Уставам прекрасную Рождественскую службу.

В эту ночь родился в Вифлеемских яслях Господь наш Иисус Христос. Храмы в честь Его Рождения украшены гирляндами и ёлками. Ель установлена и в трапезной, где после торжественной всенощной накрыли праздничный стол, угощались и угощали после долгого рождественского поста. В монастыре в ту ночь принимали паломников из Москвы, Владимира, Суздаля — многие православные люди приехали в обитель Святителя Николая, чтобы встретить здесь Рождество Христово.

Следующим утром праздник не закончился. До самого 19 января, праздника Крещения Господня, длятся святки. В монастыре продолжают принимать паломников, все вместе поют колядки — праздничные песнопения, сёстры аккомпанируют на пианино. Вглядеться в их лица — свет и радость! Неправильно думать, что монашествующие непременно суровые и печальные. Пожив несколько дней в монастыре, мы убедились, что это не так. Здесь искренне любят людей. Что, увы, нечасто встретишь в сегодняшнем бедном на доброту и любовь мiре.

В келье у монахинь кроме икон и духовных книг есть только кровать и небольшой столик. И ещё ёлка, украшенная к празднику Рождества Христова. А много ли нужно вещей, чтобы быть счастливым, или можно вполне обойтись тем, что действительно необходимо?

Утро в монастыре начинается в семь часов, у каждой насельницы своё послушание. Пора доить коров (их пять), кормить собак, охраняющих территорию монастыря, кошек, которых тут встречаешь буквально повсюду.
Самые ответственные задания связаны со всеобщими любимцами — детишками. Они растут при монастыре, живут вместе со всеми по монастырскому уставу, читают молитвенное правило. Учатся в православной школе, которая находится неподалёку.

Каждое утро младшая из сестёр идёт звонить в колокола. Для этого надо подняться на высокую колокольню по очень крутым ступенькам, поэтому такое послушание и сделали для самой молодой.

Храм и кельи отапливаются углём. Несколько монахинь готовят в трапезной. Чтобы не проспать, надо разбудить всех монахинь — и это послушание. Знаете, как будят здесь друг друга? Молитвой. И все просят друг у друга прощения. Когда будят, когда прощаются, когда ложатся спать — чтобы, не дай Бог, не обидеть чем-либо другую сестру. Так они друг друга и зовут — сестры.

Вот мы и подошли к самому главному. Чтобы стать монахиней, надо не только любить Бога. Но и к ближним относиться как к своим родным. Иначе ничего не получится — помните, как сказано в Библии: «А без любви ты мертв». В монастыре ты словно купаешься в любви, и вокруг тебя два десятка родных людей.

Ради этого можно поехать не только в Суздаль, но и на край света. И люди едут. Всё время, пока мы были в монастыре, туда шёл нескончаемый поток паломников. И никто не оставался не услышанным, забытым. Каждый обретал в сердце давно утраченное сыновнее чувство в ответ на Отцовскую Божию любовь.

Благодарная паломница

Адрес Свято-Никольского монастыря:
село Санино, Суздальский район, Владимирская область.
Cайт: www.sanino.ru

http://russdom.ru/node/3574

[Александр Васильевич]

Накануне Рождества.
О разумности возрождения некоторых церковных традиций



В предрождественское время наши воскресные школы преисполнены особым энтузиазмом, и от детей часто приходится слышать: «Мы разучиваем колядки». Им и невдомек, что репетируемые песни к колядкам не имеют никакого отношения. Причина подобного неведения тянется, разумеется, к старшему поколению, ибо именно в умах взрослых людей за годы государственного атеизма все успело перепутаться и смешаться.

Церковной среде обряд колядования всегда был чужд. Церковь его порицала и порицает. Так, на Стоглавом Соборе (1551) отмечалось: «Мужи, и жены, и дети в домех и по улицам обходя, и по водам глумы творят всякими игры и всякими скомрашствы, и песньми сатанинскими, и плясанми, и гусльми, и иными многими виды, и скаредными образовании, еще же и пьянством. Подобна же сему творят во днех и в навечерии Рождества Христова, и в навечерии Василия Великаго, и в навечерии Богоявления» (глава 92. Ответ о игрищах еллинскаго бесования)[1].

Но откуда взялось слово «колядки»[2]? И почему они называются рождественскими? Из-за того, конечно, что они исполнялись «накануне Рождества». Церковный народ опытно знает: бесовская сила особенно активизируется в сочельник, поэтому в этот день бывает строгий пост – самое сильное оружие против врага.

Приведем один из самых типичных образчиков новгородской колядки:

    Приходила коляда
    Накануне Рождества:
    Кто даст пирога,
    Тому двор живота,
    Кто не даст пирога,
    Тому куричья нога!

В других колядках встречаются и более пространные пожелания:

    Кто даст пирога,
    Тому двор живота,
    Овин с овсом,
    Жеребца с хвостом.
    Кто не даст пирога,
    Тому куричья нога,
    Гроб да лопата,
    Корова горбата![3]



Можно ли считать такие пожелания выражением христианского мировоззрения или даже просто доброжелательными? Кто-то, быть может, воспримет такую колядку юмористически и свяжет ее с шутейным обрядом, а кто-то упрекнет нас в излишне ригористичной позиции: евангельские символы в данном случае не при чем, в древности, дескать, маски козы, быка или лошади употреблялись, исходя из хозяйственных функций перечисленных животных. На Украине и в Польше по сей день ряженые водят с собой живую козу и отнюдь не из желания кого-либо пугать: козе просто приписывается некое воздействие на урожай. Что на это ответить? «Некое воздействие на урожай» через вождение с собой козы есть обычная магия. Неужели от этого зависит урожай? Или все же от Бога? И не так просто обстоит дело с предназначением козы в народных обрядах: «Коза играла громадную роль в религии множества народов Балкан, Придунайского региона, Малой Азии и Северного Причерноморья. Все значение этого животного в мифологии древних народов нам сейчас не ясно. Но кое-какие признаки этих культов сохранились надолго и дошли до нас в искаженных формах. Например, образ Химеры, мифического чудовища, пребывавшего в Тартаре, который был неизмеримо преисподнее мрачного царства Аида (“Тартар, столько далекий от ада, как светлое небо от дола”. – Гомер. Илиада. Перевод П. Гнедича)»[4]. Комментарии излишни, хотя данное наблюдение сделано автором, явно симпатизирующим современным неоязычникам.

Необходимо сделать несколько попутных замечаний о масках. Сегодня в миру к ним сложилось слишком легкомысленное отношение. Человек, надевший маску козла, разумеется, не воображает, что он и впрямь стал животным. Ношение маски сообщает ему некое «инобытие», некое отрешение от собственной личности. Когда-то это воспринималось магически, как таинственное сопричастие, теперь – как соблазнительная возможность говорить и поступать анонимно, как бы освобождая себя от ответственности за слова и действия, иногда подчас в целях справедливости и правды. Вот что пишет С.А. Токарев: «В любой форме, однако, и на любой ступени развития маскировка есть обман, начиная от древнего охотничьего умения обмануть зверя и вплоть до новейшего шуточно-карнавального морочения друзей и знакомых. Но наряду с безобидным шуточно-игровым поддразниванием маскарад может служить иногда и целям недружелюбной интриги, сплетни и клеветы (вспомним “Маскарад” М.Ю. Лермонтова)»[5]. Приведенные слова принадлежат не апологету христианства, а известному современному этнографу. Для православного же человека надеть маску на лицо всегда означало одно – совершить большой грех[6]. О маске козла и говорить нечего – это агрессивное богоборчество и истинное кощунство.

Ученый из Санкт-Петербурга С.Е. Юрков пишет, что «ряжение в “личины звериные и бесовские” в данном случае не является пере-ряживанием, это не превращение, а замещение “нечистой силы”, чье присутствие требует материального воплощения. Сами представители потустороннего мира страха не вызывают, поскольку никаких сил, которые были бы только злыми, язычник не знал и им не поклонялся. Смерть для него есть жизнь с “обратным знаком”, поэтому загробный мир, как и все живое, одинаково способен и на зло и на добро. “Личины” и “хари” ряженых не рассчитаны на устрашение и служили лишь поводом к забаве и веселью»[7].

Здесь мы снова встречаемся с попыткой свести все к смеху, что не может не вызвать возражений. Во-первых, напомним канон 62 VI Вселенского Собора, предписывающий однозначно: «Не носити личин комических, или сатирических, или трагических». И В.И. Даль зафиксировал поговорку: «Кто на святки рожу надевал – купается на Иордани»[8]. Во-вторых, «замещение» нечистой силы ничем не лучше «превращения»: в любом случае происходит общение с темными силами. Там же у Даля читаем: «Святоша, орл. нечистый, бес, который является о святках тому, кто рядится, накладывая на себя рожу». В-третьих, отметим, что благочестивые христиане никогда не пускали к себе колядовщиков, а пытались откупиться от них на улице. Славильщиков же (о них будет речь ниже), наоборот, хозяева сами зазывали в дом и без всяких просьб щедро одаривали их. Стало быть, нельзя согласиться с главным выводом С.Е. Юркова: «На протяжении Средневековья русский народ медленно усваивал правила религиозного поведения, предписанные Церковью, они так и не стали для него нормой жизни»[9]. Разговоры о двоеверии, о недозрелом христианстве или даже фактическом отсутствии его на Руси не новость, будто и не было никогда Святой Руси. Ее великое духовное наследие в таких разговорах стараются не замечать или занижают его оценку. Нет, русский народ все же «усваивал правила религиозного поведения, предписанные Церковью», и они становились «для него нормой жизни»[10]. Это можно понять и читая «Толковый словарь» В.И. Даля.

Сюрпризы нас поджидают именно в церковной среде. Весьма странно сегодня воспринимается мнение одного псаломщика из Знаменской церкви в Вильнюсе: «Да, наши милые колядки, вернее слово, их обозначающее, имеют происхождение дохристианское: календы – древнеримский праздник начала месяца, коляда – древнеславянский бог солнца. Но попробовали бы эти журналисты-этнографы (выступающие против такого понимания, как у Фокина. – В.К.) сказать русскому мужику, что он не христианин, а язычник. Тот, не долго думая, пожалуй, и в лицо бы “угостил” умника. И был бы прав, потому что в них, в колядках, от язычества уже ничего не осталось. Что касается примет (небо усыпано звездами – ожидай много грибов и ягод в лесу, иней на деревьях – к обильным хлебам и т.д.), то они к религии отношения не имеют, носят характер чисто сельскохозяйственный. Да и гаданья, которые в самом деле отголоски язычества и Церковью, мягко выражаясь, не одобряются, для простой крестьянской девушки, мечтающей о хорошем женихе, – это не нарушение православных традиций, а забота о своем будущем»[11]. Вот так церковный служка, понимая, что Церковь, мягко выражаясь, «отголоски язычества» не одобряет, тем не менее считает правыми тех, кто занимается оккультизмом, и сам «угощает» в лицо людей с действительно православным мировоззрением. Какие-либо дополнительные пояснения здесь излишни. Интересно, а что скажут подобные истолкователи по поводу появления сегодня хеллоуиновских колядок?

Данный случай есть, по меньшей мере, подтверждение того, что в настоящее время перестали различать колядки и славления. Из сообщений прессы, например, можно узнать как воспитанники назарьевской воскресной школы «Тропинка» (г. Наро-Фоминск) «показали горковским прихожанам мастер-класс православного колядования»[12]. Но еще Мельников-Печерский писал: «Святочные гаданья, коляда, хороводы, свадебные песни, плачи воплениц, заговоры, заклятья – всё это остатки языческой обрядности, а слова, при них употребляемые, – обломки молитв, которыми когда-то молились наши предки своим старорусским богам»[13].

В противоположность языческой коляде именно славление было популярным и почитаемым обрядом в жизни русских христиан. В чем же он состоял? В селах причетники ходили по домам с молитвами и пением. В столицах, с первыми звуками благовеста, процессия, возглавляемая патриархом, следовала во дворец славить Христа и поздравлять государя с Рождеством. Церковный обычай поздравлять императора зародился уже в IV веке, при Константине Великом. Первыми христославами, как известно из Евангелия, явились ангелы, потом вифлеемские пастухи, а позже волхвы – старец Мельхиор, царь халдейский, юный эфиоп Каспар и перс средних лет Валтасар. На Руси, помимо причта, обряд славления совершали и миряне, которых так и называли – славильщиками. На юге России славлением занимались даже школьники и семинаристы. Посещая дома, они любили приветствовать хозяев латинскими и греческими стихами, чем, по всей видимости, демонстрировали свою образованность. Однако следует заметить: в XVIII – начале XIX века между устной, то есть народной, и книжной, в данном случае школьной, зрелищными традициями существенного разрыва не отмечалось. Необходимо лишь подчеркнуть два фактора. Во-первых, словесное творчество семинаристов опиралось на канон[14], и они легко насыщали типичные сюжеты и общепризнанные композиционные схемы, используемые в своих произведениях, витиеватыми силлабическими виршами. Во-вторых, крестьяне и средние слои городского населения были довольно приобщены к книжной культуре через Церковь, через популярные гравюры и лубочную литературу. Репертуар славильщиков состоял из ирмосов канона на Рождество Христово и связанных с ним тропаря, кондака и величания. Существовал также упомянутый выше жанр «христославий» – задушевных рождественских песен, носивших самодеятельный характер.

Может быть, употребление рождественских тропарей, кондаков и ирмосов вне храма таит в себе опасность их расцерковления и лишает церковное пение и богослужебное слово литургичности? Отнюдь нет. Псалмы тоже читаются верующими вне храма, целый ряд треб совершается на дому, на кладбище, в больницах. Можно ли тут говорить о каком-то расцерковлении? Наоборот, все перечисленное следует считать актом воцерковления русской жизни с ее обычаями, призывом к постоянной памяти о Боге. Христославие – одна из форм такого призывания, благая весть миру об Еммануиле.


_{«Живой» вертеп. Италия}

Принято считать, что в XVII веке к традиционному обряду славления добавилось новшество западноевропейского происхождения – вертеп[15]: он представлял собой переносной ящик, в котором деревенским художником были изображены события и обстоятельства рождения Христа. Слово «вертеп» происходит от старославянского вертепъ – пещера. Некоторые ученые, отдавая предпочтение народной этимологии, связывают данный термин с глаголом «вертеть». Рождественские «ящики» нередко украшались целым комплектом вертящихся плоских вырезных кукол или звездами, что тоже давало основание для возникновения подобной этимологии. В Италии, откуда вертеп распространился по всей Европе, его называли презепе. По мнению специалистов, «введение “презепе” в широкий цикл рождественских обрядов традиционно приписывается святому Франциску Ассизскому, который в ночь Рождества 1223 года в местечке Греччио приготовил в гроте ясли с сеном для Богомладенца, привел быка, осла и, создав своего рода “живой вертеп”, в присутствии множества людей отслужил мессу»[16]. Франциском двигало желание показать людям, где и в какой обстановке родился Христос. Причем делалось это, явно, с расчетом создать «эффект присутствия». «Онаглядить» позитивистски, чтобы укрепить маловеров? Судя по живописным композициям Рождества того времени, ни о какой каноничности не могло быть речи. Реалистические тенденции дученто пробуждали интерес к миру земному, а не небесному. Что и делало главным религиозным праздником Рождество Христово. Появляются художественные школы Апулии, Базиликаты, Калабрии, Кампании, Лигурии, Рима, Сицилии и Трентино-Альто-Адидже, занимающиеся изготовлением вертепов. Сцену Рождества художники помещали как собственно в пещеру, так и в некое подобие дома. Смысловой разницы между «пещерой» и «домом» фактически не было. Дело в том, что на Востоке гостиница (караван-сарай, хан) представляла собой низкое здание, стены комнат которого имелись только с трех сторон, и поэтому все происходившее внутри помещения открывалось взорам посторонних людей. Но ведь сходная ситуация и в пещере. В обоих случаях стойло для скота и комната от стойла отделялась всего несколькими ступенями. К тому же немаловажно: гостиницы в Палестине очень часто пристраивались к многочисленным пещерам, созданным непосредственно природой, – и возникало единое целое архитектурного пространства. В чем можно убедиться и на примере некоторых вертепов. С живописью здесь не существовало принципиальных расхождений.

(Окончание следует)

[Александр Васильевич]

(Окончание)

В России вертепы развились в святочный кукольный театр с подвижными фигурками. Кукольные спектакли были со временем перемещены из церковной ограды на городские площади. Тому имелись причины. По мнению М.Г. Давидовой, в нашей стране «вертепный рождественский театр воспринимался в отрыве от церковной жизни, поскольку объемные и тем более кукольные изображения священных лиц никак не могут быть совмещены с канонами православного искусства. Вертепная сцена перестает ассоциироваться с храмом, иконостасом, она делается простым ящиком для кукольных представлений»[17]. Страхи некоторых исследователей перед скульптурой явно больше подобных страхов самой Церкви, особенно Церкви допетровской эпохи, но с XVIII века, когда вертепы получают массовое распространение, это неприятие объемных изображений действительно появилось, о чем свидетельствует ряд указов Святейшего Синода, направленных против изваяний. М.Г. Давидова совершенно права по поводу «кукольных изображений священных лиц»: иначе нам грозит распространение «оправославленных» салонов мадам Тюссо.

Отечественная традиция строительства вертепов имеет свою интересную историю. Вертеп представлял собой конструктивное сооружение из несколько уровней. В верхних рядах разыгрывались евангельские сюжеты, в нижних – бытовые истории. Поскольку рождественские «ящики» изготавливались народными мастерами, то русские вертепы, в отличие от итальянских презепе, не выглядели столь натуралистично. Но делались достаточно большими. Материалы были подручные: обычное дерево, гипс, камень, металл, раскрашенное папье-маше, терракота, древесная кора, пробковое дерево и др. Несмотря на русскую климатическую особенность, изготовление в те годы рождественских скульптур из снега или льда нам не известно. Куклами управляли снизу, через специальные щели в дне ящика. Позднее, с появлением одноэтажных вертепов, кукловод управлял куклами уже сверху (при помощи прута). Тексты вертепных пьес от поколения к поколению передавались устно, обрастая добавлениями, но и претерпевая сокращения. За несколько столетий в них отразилось множество языков и обычаев. Необходимо отметить трепет, с которым наши предки относились к празднику Рождества. И, несмотря на некоторый отрыв вертепного театра от церковной жизни, как упоминалось выше, разыгрываемое действо воспринимались глубоко и серьезно. Поэтому сцена в вертепе мыслилась не как развлечение, а как икона. Она освящала сюжетный смысл. Никогда и никто из исполнителей не дерзал произносить слов от имени Богородицы или Богомладенца.

Вертеп являлся совокупной художественной частью народных Святок и почти всегда соединялся с разными формами «христославий»: хождением с рождественской звездой, исполнением ритмизованных диалогов катехизирующего характера, декламированием школьниками назидательных стихотворений, называвшихся «рацеями», пением духовных стихов.


_{Вертеп в Толгском монастыре}

Появление в России (в 1840-е годы) рождественских ёлок несколько пригасило интерес к вертепу, где-то же и вовсе его свело на нет[18]. Однако ныне рядом с ёлками в церковных дворах все чаще возникает инсценированная Вифлеемская история. А в Свято-Троицком храме города Миасса сооружение изваяний из снега по сему случаю успело уже стать традицией. Впрочем, не только в нем одном. Изо льда к празднику принято сооружать вертепы возле всех храмов Тюмени, а в Чехии этот символ Рождества Христова готовят даже из пряников. И здесь стоит нам всем призадуматься. Да, VII Вселенский Собор дает широкое право применения «какого-либо другого вещества» при изготовлении священных изображений, но в то же время призывает и не терять благоразумия: «только бы сделаны были приличным образом»[19]. Употребляться может лишь «всякое соответствующее цели вещество»[20]. Легко представить ситуацию после праздника, когда скульптуры изо льда и снега начнут таять и приобретать самые непотребные формы. Можно, конечно, такие статуи заблаговременно демонтировать, но опять же вообразим это разрушительное действо, производимое верующими людьми: постепенно будут отламываться руки, ноги, отсекаться головы, разбиваться фигуры… А как относиться к поеданию пряничного вертепа? Это ли не поругание священных образов! И если честь, воздаваемая образу, восходит к Первообразу, то и бесчестие, наверное, тоже. Стоит ли вообще возрождать нам католические по своим истокам традиции? Чужое обычно берут в двух случаях: когда не хотят думать сами и когда не хватает своего. А что именно не хватает? Бытия? Веры? Жизни? Соображения? Своя традиция славления Рождества Христова существует ведь давно, поэтому нет оправдания тем, кто ссылается на отсутствие отечественных форм и обычаев празднования. Но коль все-таки появляется желание позаимствовать чужое, то необходимо учитывать хотя бы тот позитивный опыт, который уже накоплен. Разумный выход нашли, например, в Свято-Введенском Толгском монастыре. Там иерархически самые значимые фигуры (Богомладенец, Матерь Божия и Иосиф) созданы иконописно, а менее значимые – первые свидетели Рождества – выполнены из гипса. И не менее важно решение сделать праздничный вертеп постоянным украшением монастыря, с тем, чтобы его могли увидеть все желающие. Это даже своеобразно перекликается с выступлениями на ярмарках городских вертепщиков-профессионалов в любой период года, независимо от календаря.

В заключение хочется заострить внимание на смысле первой строки праздничного тропаря: «Рождество Твое, Христе Боже наш, возсия мирови свет разума». И если не руководствоваться светом разума, готовясь к празднику Рождества, легко скатиться во тьму безумия при возрождении некоторых наших давних традиций, не говоря уже о заимствовании инославных. Будем помнить об этом.

Виктор Кутковой

_________________________________

[1] Стоглав. Казань, 1911. С. 122.

[2] Происхождение слова «коляда» среди ученых по сей день вызывает споры. Самое распространенное толкование: это измененное лат. kalendae (календа) – первоначально – первое число каждого месяца, позднее – обозначение январских календ (с 14 декабря по 1 января) как точки отсчета года. В Средние века данное слово обозначало и святочные игрища. На Русь оно пришло из Византии вместе с «отреченными книгами». Существуют и другие толкования. Например: 1) от «кол ед» – вокруг идущий; 2) от «кол еда» –круговые яства; 3) от «колоды» – зажженный пень (а таковой был связан с обрядом календ); 4) от «коло ладо», «коладу». Н.И. Костомаров считал, что в основе названия слово «коло» – колесо. Но было ведь и божество с именем Коляда: «Коляда – старый солнечный бог, покровитель мира, дружбы и согласия. Колядовать, колдовать – молиться Коляде. Колядки. Колдун – жрец Коляды. Коляда, вероятно, есть другое имя бога Коло либо что-то весьма близкое Коло (около). У украинцев – Колодый (“дый”– бог, “коло” – солнце), чей символ – колода. Коляда – праздник зимнего солнцеворота» (См.: О русском Православии // http://lugvran.greenline.ru/part7.htm).

[3] Традиционный фольклор Новгородской области. Л., 1979. С. 135.

[4] См.: О русском Православии // http://lugvran.greenline.ru/part7.htm.

[5] Токарев С.А. Маски и ряжение // Календарные обычаи и обряды в странах зарубежной Европы: Исторические корни и развитие обычаев. М., 1983. С. 192.

[6] На вопрос «Что не хватает вам в жизни?» показателен ответ популярного актера Сергея Маковецкого, сыгравшего отрицательные роли во многих фильмах режиссеров Киры Муратовой, Алексея Балабанова, Александра Прошкина и др.: «Мне не хватает жизни. Я не живу, я существую в иллюзорном мире» (Радио России. Передача «Отзвуки театра». 25 ноября 2007 г.). Стало быть, маски метафизически в какой-то степени все-таки прирастают к коже?

[7] Юрков С.Е. Гротеск в мифологическом сознании русского Средневековья // Смыслы мифа: Мифология в истории и культуре. Сборник в честь 90-летия профессора М.И. Шахновича. СПб., 2001. C. 300.

[8] Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1994 Т. 4. С. 161.

[9] Юрков С.Е. Гротеск в мифологическом сознании русского Средневековья. C. 300.

[10] Жизнь невозможно опутать паутиной схем – встречаются и колядки по-христиански добрые, светлые, красивые, но в них нет главного – прославления новорожденного Богомладенца и Его Матери. Содержание таких колядок все равно целиком мирское, душевное, а не духовное.

[11] Фокин Петр. Рождество Христово // Литовский курьер. Вильнюс, 2007. № 1 (612).

[12] http://www.mepar.ru/news/2007/01/23/2752/.

[13] Мельников П.И. (Андрей Печерский). В лесах. Саранск, 1993. А.Н. Веселовский, правда, находил обычай колядовать по своему происхождению христианским, но ученые давно отвергли данную точку зрения как ошибочную. Известный этнограф Михаил Драгоманов, например, не мог «принять, что в колядках нет следов дохристианского культа, ибо он слишком очевиден во множестве колядок, как и в других обрядовых и периодических русских песнях, с коими мы считаем особенно необходимым сравнивать колядки» (См.: Драгоманов Михаил. Ученая экспедиция в юго-западный край // Вестник Европы. 1877. Март. Ст. 85–109).

[14] Кстати, каноничность почти до такой же степени характерна для фольклорного творчества, как и для церковного.

[15] «Если принимать знаменитое, но очень спорное свидетельство Еразма Изопольского, видевшего в Ставищах вертепную сцену, с датой 1591 г., появление вертепной драмы у восточных славян можно отнести к XVI веку», – пишет М.Г. Давидова в своей статье «Вертепный театр в народной культуре» (http://www.byelorussia.rbcmail.ru/04.htm).

[16] Вертеп: Рождественская традиция Италии // www.museum.ru/N 29169.

[17] Давидова М.Г. Вертепный театр в народной культуре.

[18] Вертеп устойчиво традиционным оставался в Италии и Польше, в то время как на севере и востоке Европы в новое время символом праздника становилась рождественская ёлка.

[19] Деяния Вселенских Соборов. Т. 7: Собор Никейский Второй, Вселенский Седьмой. Казань, 1891. С. 285.

[20] Успенская Л., Успенский Л. О материалах в церковном искусстве // Журнал Московской Патриархии. 1988. № 11. С. 20.

__________________________________________

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/1170.htm

[Александр Васильевич]

Святейший Патриарх Кирилл: «Каждый из нас может принести свет Вифлеемской звезды ближним и дальним»

Опубликовано Рождественское послание Предстоятеля Русской Церкви архипастырям, пастырям, монашествующим и всем верным чадам РПЦ



«Преосвященные архипастыри, всечестные отцы, боголюбивые иноки и инокини, дорогие братья и сестры! В светлый и исполненный радости праздник Рождества по плоти Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа сердечно приветствую всех вас, дорогие мои. В эту светозарную ночь мы вместе молитвенно вторим ангельскому славословию, возвещающему "великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился в городе Давидовом Спаситель" (Лк. 2:10-11). Человечество, отвергшее Бога в грехопадении, вновь обретает возможность единства со своим Творцом и Промыслителем. Вхождение Сына Божия в мир есть Его добровольное умаление себя до готовности снизойти до мучительной позорной "смерти, и смерти крестной" (Флп. 2:8 ). Бог рождается во плоти, для того чтобы явить Свою любовь людям и помочь обрести полноту бытия всякому человеку, желающему услышать Его призыв. Именно поэтому нынешний праздник дарует нам непреложное упование на помощь свыше в самых сложных обстоятельствах нашей жизни. Бог, не оставивший Своего творения и открывший ему путь к вечности, явлен нам во Младенце Христе, беззащитном ребенке, нуждающемся во внимании и заботе», - говорится в опубликованном на сайте Патриархия.Ru Рождественском послании Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла архипастырям, пастырям, монашествующим и всем верным чадам Русской Православной Церкви.

Как отмечается в послании, «всем нам необходимо хранить в своем сердце этот библейский образ». «Вспоминая лежащего в яслях Богомладенца, мы обретаем твердую веру и нерушимую надежду на Промысл Божий, ведущий ко благу всякого человека. И даже если в жизни нашей не остается опоры, все кажется нетвердым и ненадежным, мы должны ясно осознавать, что Господь способен преобразить Своей благодатной силой боль, страдание и нищету нашего мира в блаженство, радость и изобилие духовных даров. В праздник пришествия Спасителя мысленные взоры верных обращаются к колыбели христианства, Святой Земле, удостоившейся быть местом рождения, обитания и земного служения Господа. Ныне последователи Христа в странах, где происходили события Священной истории, переживают нелегкие испытания, сталкиваются с новыми угрозами существованию многовековой духовной традиции. Вознесем в светлые дни Рождества усердные молитвы о наших собратьях по вере, хранителях бесценных святынь, наследниках первохристианского предания. Если страдает один член, то с ним страдают все члены (см. 1 Кор. 12:26). Эти слова апостола относятся не только к членам одного прихода, одной церковной общины. Они, конечно же, охватывают всех чад Единой Святой, Соборной и Апостольской Церкви, Церкви Православной, распространенной по всему миру. Ее единство - не только в единой святоотеческой вере и общении в Таинствах, но и в сопереживании трудностям, в жертвенном служении друг другу, во взаимной молитве», - подчеркивается в послании.

Как отмечает Патриарх, «минувший год был непростым в жизни многих стран и народов, в том числе тех, что проживают на пространстве исторической Руси: немало трагических происшествий и катаклизмов послужили испытанием нашей веры и стойкости». «Однако сегодня главные испытания свершаются не в материальной, а в духовной области. Те опасности, которые лежат в физической плоскости, наносят урон телесному благополучию и комфорту. Осложняя материальную сторону жизни, они вместе с тем не способны нанести существенный вред жизни духовной. Но именно духовное измерение обнаруживает важнейший и серьезнейший мировоззренческий вызов нашего времени. Этот вызов направлен на уничтожение нравственного чувства, заложенного в нашей душе Богом. Сегодня человека пытаются убедить в том, что он и только он мерило истины, что у каждого своя правда и каждый сам определяет, что есть добро, а что - зло. Божественную истину, а значит, и основанное на этой Истине отличие добра от зла, пытаются заменить нравственным безразличием и вседозволенностью, которые разрушают души людей, лишают их жизни вечной. Если природные катастрофы и военные действия превращают в развалины внешнее устроение жизни, то нравственный релятивизм разъедает совесть человека, делает его духовным инвалидом, искажает Божественные законы бытия и нарушает связь творения с Создателем», - продолжил Патриарх Кирилл.

«Этой опасности нам должно противостоять в первую очередь, призывая на помощь Пречистую Деву и сонм угодников Божиих, дабы они своим заступничеством у Престола Владыки Святого и Истинного (Откр. 6:10), почитаемого ныне в образе новорожденного Младенца, исходатайствовали для нас силы бороться с грехом, бороться "против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных" (Еф. 6:12). Обманы и миражи земного благополучия важно научиться распознавать в наших пагубных пристрастиях, в корыстных устремлениях, в соблазнах рекламы, в развлекательных и политических текстах. Важно всегда слышать голос своей совести, предупреждающей об опасности греха, уметь согласовывать свои действия с Евангельскими заветами», - сказано в послании.

«Ныне, - пишет далее Патриарх, - как и всегда, каждый христианин призван подтверждать своими ежедневными поступками ценность праведного образа жизни, сознательно противостоять нравственному релятивизму и культу быстрой наживы. Вокруг нас много немощных, больных, одиноких людей. Немало и таких, кто в силу экономических трудностей покинул родные места в поисках заработка и нуждается в заботе, попадая подчас в недружелюбное окружение. В проведении социальной, миссионерской, церковно-общественной работы должен участвовать каждый пастырь и мирянин. По слову святителя Иннокентия Херсонского: "Только во свете Христовом можно видеть Бога, себя и мир в истинном их виде; только по указанию Откровения небесного можно найти стезю, ведущую в вечную жизнь". С теми, кто чает Христова утешения, мы должны разделить тепло и радость нынешнего праздника. Каждый из нас может принести свет Вифлеемской звезды ближним и дальним - коллегам, друзьям, родственникам, соседям».

Как отметил Предстоятель Русской Церкви, «в минувшем году в соработничестве с государственными властями, общественными организациями, представителями деловых кругов было положено начало многим инициативам, которые могут сплотить людей, возродить твердые духовные и нравственные основы общественной жизни». «Развитию такого соработничества, также как и свидетельству о драгоценном единстве нашей Церкви, служили и совершенные мною поездки по России, Украине, Молдове. Эти посещения обогатили мой опыт молитвы и общения с верующим народом и, надеюсь, содействовали укреплению духовных уз. В богослужениях, проходивших при участии очень большого количества людей, особым образом являлась сила веры и молитвы, что и составляет красоту Православия, красоту и мощь "единства духа в союзе мира" (Еф. 4:3)», - цитирует слова апостола Павла Патриарх.

«Поздравляя всех вас с Рождеством Христовым и Новолетием, молитвенно желаю неизменного пребывания в радости о Господе, Который воплотился, чтобы "мы по упованию соделались наследниками вечной жизни" (Тит. 3:7). "Бог же надежды да исполнит вас всякой радости и мира в вере, дабы вы, силою Духа Святаго, обогатились надеждою" (Рим. 15:13). Аминь», - заключил Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

http://www.ruskline.ru/news_rl/2012/01/05/svyatejshij_patriarh_kirill_kazhdyj_iz_nas_mozhet_prinesti_svet_vifleemskoj_zvezdy_blizhnim_i_dalnim/

[Александр Васильевич]

Год со святителем Николаем (Велимировичем).
Рождество Христово. Евангелие о Первенце

Тот, кто с послушанием и смирением приступит к Господу Иисусу Христу, тот никогда более не пожелает от Него разлучиться.

Начальные упражнения новобранцев войска Христова суть упражнения в послушании и смирении.

С послушания и смирения начинается новый мир, новая тварь, новое человечество. Ветхий мир попрал послушание Богу и смирение пред Богом, и тем разрушил мост между землею и небом. Духовный стройматериал для восстановление этого моста – прежде всего, послушание и смирение.

Доколе Адам был богат послушанием и смирением, он едва мог провести различие между своим духом и Духом Божиим, между своей волей и волей Божией, между своими мыслями и мыслями Божиими. Он не мог ни чувствовать, ни хотеть, ни думать ничего такого, что не было бы в Боге и от Бога. Как ангелы Божий, так и Адам стоял в непосредственной близости Божией и из непосредственной близи созерцал Праисточник света, мудрости и любви. Живя внутри самого солнца, не имел он нужды возжигать какую-нибудь свою свечу. Его свеча внутри солнца не горела бы и не светила.

Но когда Адам нарушил послушание и утратил смирение – а их всегда теряют или приобретают одновременно, тогда его непосредственное общение с Богом было прервано, мост разрушен, и он впал в страшную тьму и гнилую сырость, в коей вынужден был сам себе светить своею свечою, все-таки данной ему по милости Божией, когда правда Божия изгнала его из Рая. Тогда он не только начал ощущать разницу между собою и Богом, между своею волей и волей Божией, своими чувствами и чувствами Божиими, своими мыслями и мыслями Божиими, не только стал ощущать и осознавать эту разницу, но едва-едва, в редкие часы просветления, мог заметить богообразие своё.

Увы, в такую бездну был низвергнут своим непослушанием и гордостью тот, кто первоначально был сотворен по образу и по подобию Самой Святой и Божественной Троицы! («В человеке непорочном образ Божий был источником блаженства, в человеке падшем он (лишь) надежда блаженства». Филарет Московский. Слово на Введение.) Увы, все мы – потомки Адамовы, все – низкие отростки из пня срубленного кедра, что некогда величественно возвышался и возносился над всеми Божиими творениями в Раю, низкие ростки, заглушаемые высокими волчцами грубой природы, спустившейся, словно завеса, между нами и Праисточником бессмертной любви.

Посмотрите только, как, будто по мановению волшебной палочки, непослушание и гордость прародителя человечества тут же меняют всё творение вокруг него и его окружает целое войско непослушных и возгордившихся!

Пока Адам был послушен своему Творцу и смиренен пред Ним, все его окружение дышало послушанием и смирением. Но какая мгновенная смена декораций! В миг Адамова падения Адама окружают только непослушные. Вот рядом с ним непослушная Ева. Вот главный носитель непослушания и гордости – дух непослушания, сатана. Вот и вся природа, непослушная, взбунтовавшаяся и безумная. Плоды, дотоле сладостью таявшие в устах человека, начинают терзать его горечью. Трава, стлавшаяся под ноги его, как шелк, начинает царапать его колючками. Цветы, радовавшиеся, когда их царь вдыхал их аромат, начинают облекаться в броню терний, дабы оттолкнуть его от себя. Звери, ласкавшиеся к нему, как ягнята, начинают набрасываться на него с острыми клыками и горящими гневом глазами. Всё занимает по отношению к Адаму положение мятежное и угрожающее. Так самый богатый из всей сотворённой природы почувствовал себя самым бедным. До того одетый славою архангельской, ныне он ощутил себя униженным, одиноким и – нагим; настолько нагим, что вынужден был занять у природы одежды для своей наготы, и телесной, и духовной. Для своего тела он стал заимствовать кожу у животных и листья у деревьев, а для своего духа стал заимствовать у всех вещей – у вещей! – знания и умения. Тот, кто ранее пил из полноводного источника жизни, ныне должен был ходить за скотами, наклоняться в грязь и пить из скотских следов как при физической, так и при духовной жажде.

Взгляните теперь на Господа нашего Иисуса Христа и Его окружение. Все они – само послушание и смирение! Архангел Гавриил, представитель ангельского послушания и смирения; Дева Мария – послушание и смирение; Иосиф – послушание и смирение; пастухи – послушание и смирение; волхвы восточные – послушание и смирение; звезды небесные – послушание и смирение. Послушные бури, послушные ветры, послушные земля и солнце, послушные люди, послушные скоты, послушен и сам гроб. Всё послушно Сыну Божию, Новому Адаму, и всё смиряется пред Ним, ибо и Он бесконечно послушен Своему Отцу и смиренен пред Оным.

Известно, что вместе со многими земными посевами, которые человек сажает и возделывает, охотно произрастают и некоторые иные травы и растения, не сеянные и не возделанные. Так и с добродетелями: если будешь старательно сеять и взращивать послушание и смирение в душе своей, то увидишь, что вскоре рядом с ними вырастет и целый букет прочих добродетелей. Одна из первых – простота, внутренняя и внешняя. Послушную и смиренную Деву Марию в то же самое время украшает и целомудренная простота. Точно так же и праведного Иосифа, точно так же и апостолов, и Евангелистов. Посмотрите только, с какой бесподобной простотою описывают Евангелисты величайшие события в истории человеческого спасения, в истории вселенной! Можете себе представить, сколь пространно и театрально мирской литератор описал бы, например, воскрешение Лазаря, если бы случайно стал очевидцем сего события? Или какую велеречивую и напыщенную драму он написал бы обо всем том, что происходило в душе Иосифа, послушного, смиренного и простого человека, в момент, когда он узнал: его подопечная и обручница беременна? А Евангелист в сегодняшнем Евангельском чтении описывает все это всего несколькими простыми предложениями:

Рождество Иисуса Христа было так: по обручении Матери Его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святаго. До того Евангелист описывал родословие Господа Иисуса Христа, или, точнее сказать, родословную праведного Иосифа из племени Иудина, от колена Давидова. В родословной этой Евангелист перечислял людей, рожденных от людей, естественным путем и образом, как рождаются все смертные люди в мире. Вдруг он начинает описывать Рождество Господа и говорит: Του δε Ιησου Χριστου η γεννησις ουτως ην…, словно хочет этим δε (а, же, однако) показать необычайность и вышеестественность Его Рождения, кое совершенно обособляется от образа рождения всех перечисленных предков Иосифа. Матерь Его Мария была обручена с Иосифом. В глазах людей это обручение могло считаться своего рода предисловием к брачной жизни; но в очах Марии и Иосифа оно не могло считаться таковым. Со слезами вымоленная у Бога, Дева Мария по обетованию родительскому была навеки посвящена Богу. Сие обетование родителей Она и со Своей стороны добровольно приняла, что показывает и Ее многолетнее служение в храме Иерусалимском. Если бы это зависело от Ее воли, она, несомненно, пребывала бы в храме до самой смерти, как Анна, дочь Фануилова (Лк. 2: 36-37), но закон предписывал иное, и иное должно было исполниться. Она была обручена Иосифу не для того, чтобы жить в браке, но именно для того, чтобы избежать брака. Все подробности обручения сего и его значения содержатся в Предании Церковном. И если бы люди ценили Предание, связанное с Богоматерью, с праведным Иосифом и со всеми личностями, упомянутыми в Евангелии, настолько, насколько они ценят предания, часто и самые глупые, связанные с мирскими царями, полководцами и мудрецами, всякому был бы ясен смысл обручения Пресвятой Девы с Иосифом. (Сщмч. Игнатий говорит, что Дева была обручена, «дабы Рождество Его было сокрыто от диавола и дабы диавол потому думал о Нем как о рожденном от законной жены, а не от девицы». То же и блж. Иероним. Толкование на Евангелие от Матфея. То же и свт. Григорий Неокесарийский. II слово на Благовещение).

Прежде нежели сочетались они, – эти слова не означают, будто бы они потом сочетались как муж и жена, Евангелист и не думает об этом. Евангелиста интересует в данном случае само Рождество Господа Иисуса Христа, и ничто более, и он пишет приведенные выше слова, чтобы показать: Его Рождение произошло без сочетания мужа и жены. Посему понимай слова Евангелиста точно так, как если бы он написал: и без сочетания их оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святаго. Лишь от Духа Святаго и мог быть зачат Тот, Кому предстояло среди царства духа тьмы и злобы восстановить Царство Духа света и любви. Как бы мог Он исполнить Свою Божественную миссию в мире, если бы пришел в мир по каналам земным, затворенные грехом и смердящим гнилостью смертною? В этом случае вино новое отдавало бы запахом мехов ветхих, и Тот, Кто пришел спасти мир, и Сам нуждался бы во спасении. – Только чудом мог быть спасен мир, чудом Божиим; в это веровал весь род человеческий на земле. И когда чудо Божие произошло, не следует сомневаться в нём, но следует преклониться пред ним и для себя в чуде сем найти лекарство и спасение. Как же поступает Иосиф, узнав, что Дева Мария имеет во чреве?

Иосиф же муж Ее, будучи праведен и не желая огласить Ее, хотел тайно отпустить Ее. Он поступает, таким образом, по послушанию закону Божию. Он послушен воле Божией в той форме и настолько, в какой и насколько воля Божия до того времени была объявлена народу Израильскому. Он поступает и по смирению пред Богом. Не будь слишком строг, – предупреждает премудрый Соломон (Еккл.7:16). То есть: не будь слишком строг к согрешившим, но помни о своих немощах и своих грехах и старайся в отношении к грешникам строгость растворить милостью. Взращенный этим духом, Иосиф и не подумал предать Деву Марию суду за подозреваемый грех: и не желая огласить Ее, хотел тайно отпустить Ее. Такой план показывает нам Иосифа как человека образцового, образцового в строгости и милости, какого вообще дух Ветхозаветного закона мог воспитать. Всё у него просто и ясно, как это и могло быть в сердце человека, боящегося Бога.

Но как только Иосиф придумал удобный выход из неудобного положения, внезапно в его планы вмешалось небо, дав неожиданное повеление:

Но когда он помыслил это, – се, Ангел Господень явился ему во сне и сказал: Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святаго. Ангел Божий, который до того благовестил Пречистой Деве пришествие в мир Богочеловека, ныне идет приготовить путь Ему и прямыми сделать стези Ему. Сомнение Иосифа – одно из препятствий на пути Его, и притом весьма сильное и опасное препятствие. Сие препятствие следует устранить. Дабы показать, как легко силам небесным сделать то, что для людей очень трудно, ангел является Иосифу не наяву, а во сне. Именуя Иосифа сыном Давидовым, ангел хочет одновременно и оказать ему честь, и вразумить. Как потомок царя Давида ты должен радоваться этой Божественной тайне более других людей, однако ты должен и понимать ее лучше других. Но как же ангел называет Деву женою его: не бойся принять Марию, жену твою? Точно так же, как и Господь со креста сказал Матери Своей: Жено! се, сын Твой, – а потом ученику Своему: се, Матерь твоя (Ин.19:26-27)! Воистину, небо бережливо на слова и не глаголет ничего лишнего. Если бы сего не следовало говорить, разве ангел сказал бы это? Хотя такое наименование Марии женою Иосифа является камнем преткновения для некоторых неверующих людей, оно есть защита чистоты от нечистых сил. Ибо слово Божие слушают не только люди, но все миры, и добрые, и злые. Тот, кто желал бы проникнуть во все тайны Божий, должен был бы иметь зрение Божие для всего тварного, видимого и невидимого.

Родившееся в Ней есть от Духа Святаго. Сие есть дело Божие, а не человеческое. Не смотри на природу и не бойся закона. Здесь действует Больший природы и Сильнейший закона, без Которого ни природа не имела бы жизни, ни закон – силы.

Из сообщенного ангелом Иосифу ясно, что Дева Мария ничего не рассказывала последнему о бывшем Ей ранее явлении великого архангела; как ясно и то, что ныне, когда Иосиф намеревался Ее отпустить, Она нисколько не оправдывалась. Весть архангела, как и все небесные тайны, кои Ей постепенно открывались, Она сохраняла…, слагая в сердце Своем (Лк.2:19; 2:51). В Своей вере в Бога и послушании Богу Она не страшилась никакого унижения пред людьми. «Если мои муки угодны Богу, почему бы мне не претерпеть их?» – говорили позднее некоторые мученики Христовы. Живя в непрестанной молитве и богомыслии, и Пречистая могла сказать: «Если Мое унижение угодно Богу, почему бы Мне не претерпеть его? Лишь бы Я была права пред Господом, познающим сердца, а люди пусть делают со Мною, что хотят». Ведала Она и то, что весь мир не может сделать с Нею ничего, чего не попустил бы Бог. Какое благодушное смирение пред Господом живым и какая предивная преданность воле Его! И кроме того – какое геройство духа у нежной Девы! Держава Господь боящихся Его, и завет Его явит им (Пс.24:14). Если грешники сейчас, как и во все времена, ищут для себя даже ложных свидетелей, Дева Мария, имея свидетелем не человека, а Всевышнего Бога, не оправдывается, не возмущается, но молчит – молчит и ждет, да оправдает Ее Сам Бог в свое время. И Бог скоро поспешил оправдать Свою Избранницу. Тот же самый ангел, который открыл Ей великую тайну Ее Зачатия, ныне поторопился заговорить вместо безмолвной Девы. Итак, объяснив Иосифу уже произошедшее, ангел Божий теперь идет далее и объясняет ему то, что должно произойти:

(Окончание следует)

[Александр Васильевич]

(Окончание)

Родит же Сына, и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их.  «Не сказал он: «Родит тебе Сына», – но так просто сказал: родит; ибо родит (Его) не ему, но всему миру» (Златоуст). Ангел наставляет Иосифа вести себя с Новорожденным как настоящий отец, почему и говорит: и наречешь Ему имя. Иисус означает «Спаситель». Поэтому второе предложение и начинается с ибо; то есть: и наречешь Ему имя Спаситель, ибо Он спасет людей Своих от грехов их.

Архангел есть неложный вестник Божий. Он глаголет то, что узнает от Бога; он в Боге видит истину. Для него природа со своими законами словно и не существует. Он знает только о всемогуществе Бога живаго, как некогда знал и Адам. Сказав: Он спасет людей Своих от грехов их, – архангел предрек основное дело Христово. Христу подобает прийти для того, чтобы спасти людей не от какого-нибудь второстепенного зла, но от главного зла, от греха, являющегося источником всего зла в мире. Ему подобает спасти древо человечества не от одной тучи гусениц, которая в некий год случайно напала на него, желая обглодать; но от червя в корне, от коего все древо сохнет. Он приходит не для того, чтобы спасти человека от человека или народ от народа, но для того, чтобы спасти всех людей и все народы от сатаны, сеятеля и властителя греха. Он приходит не так, как братья Маккавеи, или Варавва, или Бар-Кохба, чтобы поднять мятеж против римлян, которые, словно туча гусениц, напали на народ Израильский, желая уничтожить его; но как бессмертный и всеобщий Врач, пред Коим и израильтяне, и римляне, и греки, и египтяне, и все народы на земле суть больные и тяжелобольные, сохнущие от одного и того же микроба, от греха. Христос позднее в совершенстве исполнил предсказанное архангелом. Прощаются тебе грехи, – было Его победоносным словом на протяжении всего Его земного служения среди людей. В тех словах содержался и диагноз болезни, и лекарство. Грех – это диагноз болезни; прощение грехов – это лекарство. И Иосиф был удостоен первым из смертных людей в Новом Творении узнать истинную цель пришествия Мессии и истинную природу Его служения.

Изреченного архангелом Иосифу было достаточно, чтобы сей, в послушании новой и прямой заповеди Божией, отказался от своих мыслей, как и от плана отпустить Марию. Небо повелевает – Иосиф повинуется. Но обычный метод неба – не давать людям повелений без апелляции к человеческому пониманию и самоопределению. Богу с самого начала было важно, чтобы человек действовал как свободное существо. Ибо в свободе, в свободном самоопределении человека и состоит вся отрада человека. Без свободы человек был бы просто искусным механическим устройством Божиим, которое Бог поддерживал и приводил бы в движение исключительно по Своей воле и Своею силой. Таких устройств у Бога в природе достаточно, но человека Он сподобил исключительного положения, дав ему свободу, дабы тот определился: за Бога он или против Бога, за жизнь или за смерть. Положение весьма почетное, но в то же время и весьма опасное. Посему Бог и не просто заповедует Адаму: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, – но тут же добавляет: ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь (Быт.2:16-17). Этим последним предложением Бог дает человеку довод для его разума и мотив для его воли, да не ест от запретного дерева: ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь. Схоже поступает ныне и архангел с Иосифом. Дав ему повеление принять Марию и не отпускать Ее и объяснив, что Плод Девического чрева Ее есть от Духа Святаго, архангел напоминает Иосифу и о ясном пророчестве великого пророка: се, Дева во чреве пришлет и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог (Ис.7:14).

То, что сказано ранее: и наречешь Ему имя Иисус, – не противоречит тому, что говорится теперь, а именно: и нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог. В первом случае Иосифу повелевается наречь Ему имя Иисус, то есть Спаситель; а во втором случае утверждается, что Младенец будет назван, людьми и народом, Еммануил, то есть с нами Бог. Оба имени, каждое по-своему, выражают главнейший смысл пришествия Христова в мир и Его служения в мире. А именно, Он придёт, чтобы простить грехи, чтобы помиловать и спасти людей от греха, посему и будет зваться Спаситель – Иисус. Но кто может прощать грехи, кроме одного Бога (Мк.2:7)? Никто в мире; никто ни на небе, ни на земле не имеет ни власти, ни силы прощать грехи и спасать от грехов – только один Бог. Ибо грех есть главный червь всемирной болезни. И никто не ведает бездонного ужаса греха так, как безгрешный Бог. И никто не может уничтожить червя греха в корне, кроме Бога. А поскольку Иисус прощал грехи и чрез то делал людей здоровыми, то Он и есть Бог среди людей. Если бы мы захотели привести имена в причинно-следственной связи, тогда имя «Еммануил» надо было бы поставить пред именем «Иисус». Ибо для того, чтобы Новорожденный мог совершить дело Спасителя, Он должен быть Еммануилом, то есть должен прийти как Бог среди нас. Но и в таком порядке смысл остается тот же. Все равно, как сказать, так или иначе; смысл не меняется, скажем ли мы: «Еммануил – посему Спаситель», – или: «Спаситель – ибо Еммануил». (Но кто наречет Ему имя Еммануил? Се, здесь говорится безлично. «Никто не нарек Его Еммануилом. По имени – никто, а по существу – все. Те, кто уверовал, соглашались, что с нами Бог, хотя Он живет среди нас как Человек». Монах Евфимий Зигабен. Толкование на Евангелие от Матфея). Во всяком случае, одно яснее всего в мире: что нет спасения этому миру, если в него не придёт Бог; и что для нас, людей, нет ни лекарства, ни спасения, если Бог не будет с нами. Если Бог не будет с нами, и при том не как идея или прекрасная мечта, но с нами, как и мы: с душою, как и мы; во плоти, как и мы; в скорби и страдании, как и мы; и, наконец, в том, что нас более всего отличает от Бога, – в смерти, как и мы. Потому всякая вера, которая учит, что Бог не пришёл во плоти и не может прийти во плоти, является ложной, ибо представляет Бога и бессильным, и немилосердным; представляет Его мачехою, а не матерью. Бессильным представляет Его, ибо всегда трусливо оберегает Его от величайшего поля битвы – поля битвы с сатаною, грехом и смертью. Надо сковать сатану, надо вырвать росток греха из корня души человеческой, надо уничтожить жало смерти – ах, надо совершить дело величайшее и тягчайшее того, как если бы нужно было весь мир держать на своих плечах. Наш Бог выдержал борьбу сию, и притом победоносно. Люди других вер боятся даже в мыслях позволить своим богам такую брань, в коей их противники могли бы победить. Да что это была бы за мать, если б она не склонилась до земли из любви к своему чаду, чтобы утешать его, баюкать его, агукать ему? А тем паче если ребенок оказался в пламени или среди зверей! О Господи, прости, что мы задаем такие вопросы! Какой бы Ты был милосердный Творец мира, если бы не спустился к нам по милости Твоей, если бы лишь из туманной и беспечальной дали смотрел на наше несчастье, и ни одного хладного перста не протянул бы в пламя наше, и ногою Твоею не ступил бы в ров, в коем нас терзают звери? Воистину, Ты сошел к нам, и еще ниже, чем требует какая бы то ни было земная любовь. Ты родился во плоти, дабы с плотскими пожить и плотских спасти. Ты причастился чаше страданий всех творений Твоих. Ни с кем Ты не разделил сей чаши горького причастия, но один испил ее до дна. Поэтому Ты наш Спаситель, ибо Ты был Бог среди нас; Ты был Бог среди нас, и поэтому Ты мог быть нашим Спасителем. Слава Тебе, Иисус Еммануил!

Что же касается Иосифа, то он со страхом и трепетом все отчетливее видел: рядом с ним ткется полотно, длиннее солнечного света и шире воздуха; полотно, для коего Сам Всевышний – основа, а ангелы и все творения – уток. Ему же выпал жребий послужить как орудие Божие в центре самого полотна Нового Творения. Доколе человек не почувствует, что Бог чрез него делает Своё дело, дотоле он слаб и немощен, неопределёнен и сам себя презирает. Но когда человек почувствует, что Бог взял его в Свои руки, как кузнец – железо для ковки, он ощутит себя одновременно сильным и смиренным, ясным в поступках своих и хвалящимся Богом своим.

Встав от сна, Иосиф поступил, как повелел ему Ангел Господень, и принял жену свою, и не знал Ее. [Как] наконец Она родила Сына Своего первенца, и он нарек Ему имя: Иисус. Востав же Иосиф от сна, сотвори якоже повеле ему Ангел Господень, и прият жену свою. И не знаяше Ея, дондеже роди Сына Своего первенца, и нарече имя Ему Иисус. Когда мы читаем Святое Евангелие, то должны ум Евангельский переносить в себя, а не свой ум – в Евангелие. Сам дивясь, Евангелист повествует о чуде Рождества Спасителя. Для него главное – показать, что Рождение сие произошло чудесным образом. Вот уже четвертое доказательство этого, приведенное Евангелистом Матфеем в сегодняшнем Евангельском зачале. Сперва он сказал, что Дева Мария была лишь обручена Иосифу: обрученей бо бывши Матери Его Марии Иосифови… Во-вторых, он говорит: обретеся имущи во чреве от Духа Свята. В-третьих, Матфей сообщает, что ангел во сне объявляет о Ее чревоношении как о чудесном и вышеестественном. И вот теперь, в-четвертых, Евангелист повторяет ту же самую мысль с помощью слов: И не знаяше ея, дондеже (пока не) роди Сына Своего первенца. Таким образом, ясно как день, что Матфей и не думает говорить, будто бы после Рождества сего Иосиф сочетался с Мариею. То, чего не было, дондеже роди Сына Своего первенца, не было и потом, когда Она родила Сына. Если мы скажем о некоем человеке, что, пока длится богослужение в храме, он не обращает внимания на слова священника, мы, конечно, и не думаем этим сказать, что человек сей обращает внимание на слова священника по окончании богослужения. Или, если мы говорим о пастухе, что он поет, пока овцы пасутся, мы не имеем в виду, что пастух не поет, когда овцы перестают пастись. («Как говорится о времени Потопа, что ворон не возвратился в ковчег пока земля не высохла; он, разумеется, и после не возвратился. (Или) как Христос говорит: и се, Я с вами во все дни до скончания века; разве потом Он не будет с нами?» Блж. Феофилакт.) Слово же первенец относится исключительно ко Господу Иисусу Христу (Пс.88:28; сравни: 2Цар.7:12-16; Евр.1:5-6; Рим.8:29), Который есть первенец между всеми царями и первородный между многими братиями (Рим.8:29), то есть между спасенными и усыновленными людьми. Если бы слово первенец писалось с заглавной буквы, как имя собственное, не было бы никакой двусмысленности. Или если бы перед словом первенец стояла запятая, тоже не было бы никакой двусмысленности и никакого смущения. Между тем, как раз и следует читать слово первенец, как будто это имя собственное и перед ним стоит запятая: Она родила Сына Своего, Первенца. Господь наш Иисус Христос есть Первенец как Творец нового Царства, как Новый Адам.

 О преподобном Аммоне (Жития святых, 4 октября) рассказывается, что он восемнадцать лет состоял в законном браке, не имея с женою никаких телесных связей. Святая великомученица Анастасия (22 декабря) также жила несколько лет в браке с Помплием, римским сенатором, не имея с ним никаких телесных связей. Мы приводим здесь лишь два примера из тысячи других. Своим пречистым девством, прежде Рождества, в Рождестве и по Рождестве, Дева Мария на протяжении всей истории Церкви подвигла на девственную жизнь тысячи и тысячи девиц и юношей. Взирая на Ее девство, многие законные жены разрывали брак и посвящали себя девственной чистоте. Взирая на Нее, многие закоренелые блудницы отвергали свою развратную жизнь, омывая свою оскверненную душу слезами и молитвой. Так как же можно даже подумать, что Пречистая Дева, столп и вдохновение христианской чистоты и девства на протяжении веков, могла быть в девстве ниже святых Анастасии, Феклы, Варвары, Екатерины, Параскевы и бесчисленного множества других? Или как можно даже подумать, что Она, носившая в теле Своем бесстрастного Господа, могла когда бы то ни было иметь и тень телесной страсти? Она, Бога носившая и Бога рождшая, «была Девою не только телом, но и духом», – говорит святитель Амвросий. Златоуст же, сравнивая Духа Святаго с пчелою, глаголет: «Как пчела не влетит в смрадный сосуд, так и Дух Святый не войдет в нечистую душу».

Но прервём разговор о том, чему следует посвятить меньше речей и больше восхищения. Там, где послушание Богу живому и смирение пред Ним, там и чистота. Послушливых и смиренных рабов Своих Господь исцеляет от всякой земной страсти и похоти. Поэтому посвятим себя очищению своей совести, своей души, своего сердца и своего ума, дабы и нам сподобиться благодатной силы Духа Святаго; дабы земля наконец перестала сеять свое семя во внутреннем человеке нашем – и Дух Святый зачал внутрь нас новую жизнь и нового человека, подобного Господу и Спасу нашему Иисусу Христу. Ему же подобает честь и слава, со Отцем и Святым Духом – Троице Единосущной и Нераздельной, ныне и присно, во все времена и во веки веков. Аминь.

Святитель Николай (Велимирович)

http://www.pravoslavie.ru/put/33453.htm